Нервные в клетке. Нейропроводник в успешную жизнь

Помню, когда я работала в следственных органах (это как раз пришлось на начало нового тысячелетия), в стране часто задерживали зарплату. Платили редко и мало, и жить на эти деньги было весьма сложно. Ситуация еще усугублялась тем, что муж также работал в правоохранительной системе, и периодами в нашей семье не было денег от слова совсем. Когда зарплату, наконец, выдавали, я каждый раз испытывала сильный стресс, т. к. к этому времени уже имелись долги, которые необходимо было отдавать, и остаток средств был настолько ничтожный, что приходилось сразу задумываться, где и у кого занимать деньги на следующий месяц. В общем, что получение денег, что их трата в тот период времени связывались у меня с выделением гормона кортизола и другими стрессовыми реакциями организма. В конце концов ситуация меня настолько измотала, что я уволилась из милиции (в те времена она еще называлась так) и ушла в адвокатуру.

Мои первые гонорары были небольшими, но все-таки несоизмеримо выше, чем моя зарплата в правоохранительных органах. Однако вскоре я с удивлением отметила, что при получении денег чувствую все ту же нервозность, тревогу и стресс. Ожидаемой радости не было. Я нервничала, когда получала деньги, нервничала, когда их тратила, и ничего с этим не могла поделать. Неудивительно, что мое подсознание стремилось меня избавить от стресса и старалось, чтобы с деньгами я контактировала как можно реже, поэтому договоров у меня было мало.

А однажды, получив очередной гонорар, я решила, что должна себе сделать подарок и купить красивое платье. Вот тут мой организм впал в настоящий стресс. У меня началась паника. В уме рисовались картины, как сейчас я куплю какую-нибудь ерунду, которую не буду носить. Или я сейчас потрачу деньги, а на следующий день они закончатся, и нам нечего будет есть. Или что это последний гонорар в моей жизни, и его надо растянуть на максимально долгое время. Однако, сжав зубы, я практически насильно отправила себя в магазин и заставила купить себе новую вещь. После второго гонорара я снова решила, что заслуживаю награды, и снова повела себя в магазин. Мое тело опять начало акцию протеста, но уже с меньшим энтузиазмом. Мы с ним уже гораздо легче добрались до магазина и купили мне много разных приятных штук. Третий гонорар я уже ждала, т. к. знала, что буду себя, любимую, баловать. На четвертом мы с моим организмом согласованно неслись за покупками, радостные и счастливые. При этом я отмечала, что удовольствие от получения гонораров тоже растет, и стрессовых реакций при этом уже не наблюдалось. Причем теперь новые договоры стали появляться гораздо чаще. Я тогда это объяснила себе тем, что становлюсь известной в адвокатских кругах и это естественный процесс увеличения количества клиентов.

Однако я обратила внимание на еще один момент, который помог мне понять, что причина увеличения количества договоров лежит совершенно в другой плоскости. Моя мама тоже работала в адвокатуре, уже имела свой наработанный круг клиентов и авторитет. Как-то, заключив очередной договор, она пригласила меня поужинать в ресторан, чтобы это отметить. Мы тогда прекрасно посидели, что бывает нечасто, и обе получили много положительных эмоций от общения. Поэтому в следующий раз она снова, получив оплату за работу, позвала меня отметить новый договор. И мы снова прекрасно провели время. Так это превратилось в традицию. И однажды она мне сказала, что это для нее стало ритуалом привлечения денег. Она заметила, что когда после нового договора идет со мной в ресторан, следующий договор приходит очень быстро. А если она не отмечает новое дело, то следующего приходится ждать долго.

И вот тут как раз и раскрывается секрет дофаминовых связок. Для мамы получение денег от нового договора связалось с удовольствием от общения со мной. Мы с ней нечасто ходили по ресторанам. И ее подсознание, желая увеличить количество дофамина, ради которого мы, собственно, и живем, начинает формировать реальность так, чтобы получать дофаминовые инъекции как можно чаще. А для этого нужны новые договоры. Вот оно и старается притянуть их в жизнь, чтобы потом пойти в ресторан с дорогим человеком и получить порцию гормона удовольствия. Аналогичная ситуация сложилась и с моими покупками в магазине. Сначала мое подсознание сопротивлялось изо всех сил, т. к. тратить деньги на дорогие вещи – это был новый опыт, который совсем не понравился моему мозгу, и он постарался сделать все, чтобы меня остановить. Но я же девочка, меня не остановить, когда речь идет о новых платьишках. Потому я все-таки через «не могу», «ни за что» и «не буду» совершила опасный, по мнению моего подсознания, акт, который потом перешел в разряд привычных и приятных. Мне удалось протоптать новую нейронную дорожку, связать ее с дофамином и использовать в свое удовольствие.