Невидимый заговор против человечества

10 июня, при поддержке союзнических сил, наступавших со всех сторон, итальянский диктатор Муссолини выступил совместно с Гитлером против Франции и Англии. Франция была покорена через несколько недель, оставив несчастную Англию сражаться в одиночестве. Равновесие сил опасно изменилось, и международные банкиры, должно быть, начали заново переосмысливать свои действия по дальнейшей поддержке Адольфа Гитлера.

Япония вступает в войну

На другой стороне планеты на первые роли вышла японская империя. Подобно Англии, выживание этой островной нации полностью зависело от импорта. Поэтому вследствие экономической депрессии конца 1930–х годов в стране возникло отчаянное положение. Подогреваемая богатой историей своего общества, в том числе воинственных рыцарей со строгим кодексом чести (Бусидо), Япония стремилась поддержать свои традиции, напав в 1931 г. на китайскую Маньчжурию. В течение нескольких лет японские войска овладели большей частью Китая, ослабленного гражданской войной между чанкайшистскими националистами и коммунистами.

Учитывая, что Англия отвлечена борьбой с Гитлером в 1940 г., стало ясно, что Соединенные Штаты были единственной силой, способной остановить японскую экспансию в тихоокеанском регионе. Враждебность между этими двумя нациями усилилась, когда Япония была вынуждена захватить полезные ископаемые в Китае из-за постоянно усиливающегося американского эмбарго, лишившего остров жизненно необходимых материалов.

В сентябре 1940 г. Япония стала союзником Германии и Италии в трехстороннем договоре, гарантировавшем взаимную помощь, если Соединенные Штаты Америки вступят в войну.

Президент Франклин Д. Рузвельт ответил на это прекращением импорта в Японию американской нефти, обеспечивавшей более 90 % потребностей Японии. 2 июля 1941 г. Япония вступила в Индокитай, самый близкий альтернативный источник топлива. Президент Рузвельт принял ответные меры, заморозив все японские активы в Соединенных Штатах. Было ясно на самом высоком уровне, что война между Японией и Соединенными Штатами неизбежна.

Этот факт не повлиял негативно на Рузвельта, участвовавшего в избирательной кампании на третий президентский срок в 1940 г., заверяя удержать Америку подальше от войны в Европе. Однако планирование войны было уже в стадии реализации — по крайней мере, оно осуществлялось в тайном Совете по международным отношениям.

Журналист Лукас отмечал: “В сентябре 1939 г. Совет предложил предпринять долгосрочное планирование для Государственного департамента, подвергаемого сильному прессингу. Департамент принял предложение, и было создано пять исследовательских групп — по безопасности и вооружениям, экономике и финансам, политике, территориям и мирным целям. В последующие шесть лет, финансируемые Фондом Рокфеллера, они передали Государственному департаменту 682 доклада… К 1942 г. исследовательские группы СМО фактически стали составной частью Государственного департамента”[832].

Заключение этого исследования СМО, известное как исследование по вопросам войны и мира — было обнародовано в 1940 г., когда группа членов СМО поместила газетные объявления, в которых сообщалось, что “Соединенные Штаты должны немедленно объявить состояние войны с Германией”.

“Члены СМО были заинтересованы в использовании Второй мировой войны — поскольку у них было, во–первых, оправдание к созданию мирового правительства — утверждал Перлофф. — Глобалисты надеялись использовать угрозу оси, чтобы вынудить США и Англию создать постоянный атлантический альянс — промежуточный шаг к созданию Мирового правительства”[833].

Но в течение всего 1941 г., даже после того как Гитлер летом начал наступление на СССР, американская общественность упорно придерживалась позиции невмешательства в войну. Опрос института Гэллапа в 1940 г. показал, что 83 % населения были против вмешательства в войну. Был необходим хороший предлог, чтобы добиться поддержки у несговорчивой общественности.

Много лет бушевали страсти по вопросу предвидения Рузвельтом 7 декабря 1941 г. нападения на Перл–Харбор. Хотя нет бесспорных доказательств относительно такого утверждения, однако накопившаяся доступная информация вызывает широкое принятие идеи, что это ужасное нападение было одобрено и всячески поддерживалось, чтобы укрепить общественную поддержку участия Америки в войне.