Нежно

Несколько раз моргнув, сажусь. Наушники выпали из ушей, и музыка, должно быть, закончилась, потому что я забыла поставить ее на повтор. На улице жутко темно, небо затянуто тучами. Взгляд на телефон сообщает мне, что сейчас почти восемь вечера. Скоро и так и так прозвонил бы будильник.

Секунду я прислушиваюсь, но ничего не слышно. Несмотря на это, скатываюсь с кровати и плетусь в коридор. Дверь Купера открыта, но внутри никого нет. Только Носок, который спит в своей лежанке. Раз Энди сегодня работает, значит, брат давно повез ее в клуб и останется там, пока мы не причалим к ним.

Ноги несут меня прямиком на кухню, поразительно, что я сумела найти ее и ни во что не врезаться – учитывая, в такие узкие щелки сейчас превратились мои глаза. Я чувствую себя полностью разбитой после прошедшего дня и с удовольствием отправилась бы обратно в кровать, но не хочу разочаровывать Джун. И честно признаться, невзирая на усталость, я рада предстоящей вылазке.

Как только приму душ, мир снова будет выглядеть совсем по-другому. И как только я выпью кофе. Это сейчас главный приоритет, иначе я просто рухну.

Я решительно топаю к кофемашине, включаю ее, и меньше чем через минуту по кухне уже плывет восхитительный аромат, который я глубоко и с наслаждением вдыхаю. Кофе пахнет просто божественно.

С полной чашкой счастья я сажусь за кухонный стол и совершаю ошибку, подперев голову и опять прикрыв глаза.

Я настолько устала, что даже не пугаюсь, когда раздаются шаги и голос прямо рядом со мной:

– Вау, ты уверена, что еще хочешь сегодня ехать в клуб?

– Определенно, – мямлю я и слышу тихий смех Дилана. Он возвращает меня к жизни, пробегает по коже, как дуновение ветра, и проникает в тело, как хорошая песня, что будит меня лучше, чем кофеин.

– Кофе надо пить, иначе он не сработает.

– А я думала, что мой брат тут самый зануда, – продолжаю бормотать я, впрочем, Дилана это, похоже, лишь сильнее веселит.

Чуть погодя я приоткрываю один глаз и наблюдаю, как он садится ко мне, тоже с кружкой в руках, над которой поднимается пар.

– Я выгляжу так же ужасно, как себя чувствую?

Он наклоняет голову к плечу и смотрит на меня.

– Думаю, зависит от того, насколько плохо ты себя чувствуешь. Если это поможет: ты такая же, как и раньше, только с четырьмя разными косыми полосками ото сна на правой щеке и на виске.

– Вот блин. – С тихим стоном я поднимаю голову и подношу кофе к губам, обхватывая чашку двумя ладонями, потому что она такая чудесно теплая, а пальцы у меня очень холодные. Сделав большой глоток, перевожу взгляд на Дилана.

– Напомни, во сколько мы собирались выезжать? Около девяти?

– Да, если тебе удобно. – Мне нравится, как он себя ведет. И его голос. Без понятия, почему сейчас это проносится у меня в голове. Дилан так приятно расслаблен. Это прекрасно. Притом он не кажется скучным или скучающим. В его низком голосе есть что-то успокаивающее, и в энергии, которая от него исходит, тоже. Хотя его телосложение не может в некоторой степени не вызывать уважения, во мне не возникает опаски, не звучит предупреждающий или задающий вопросы голос, и это настолько непривычно, что я до сих пор едва в это верю.

– Удобно. Я только допью, чтобы снова не заснуть, и пойду в душ. Потом можем ехать. – Задумчиво поджав губы, я морщу нос. – Наверно, вопрос неуместный, но… как надо одеваться? Ну, в смысле, в клуб Мэйсона.

Брови Дилана взмывают вверх, он выглядит крайне удивленным, а потом начинает смеяться, и его борода дрожит. Мой взгляд цепляется за глубокую неровность у него на щеке, которую я прежде не замечала. Это шрам? Откуда он?

– Ты меня спрашиваешь? Откровенно говоря, не считая того факта, что я не смог бы дать совет даже другому парню, а это проще, чем советовать девушке, я не часто тусуюсь по вечерам. В клубах вообще никогда. И, как и ты, раньше ни разу не был в MASON’s. Еще одна причина, по которой лучше сделать это сегодня. Или Мэйсон в конце концов на меня обидится, а мне он слишком нравится, чтобы идти на такой риск.

Я улыбаюсь такой честности:

– Нет, Мэйс так никогда не поступил бы. Но с Джун будь осторожней, – заявляю я, и его согласный кивок демонстрирует, что Дилан тоже этого побаивается.

Чашка пустеет, и я ставлю ее на стол.

– Пойду в душ. Ох, нет, погоди. Сначала надо пропылесосить. Прости еще раз из-за… крошек. – Несмело указываю на его лицо, а мысленно добавляю: И за то, что чуть не упала на твой член.

Это не должно мне нравиться. Я даже думать об этом не должна! По крайней мере мне это неприятно.

– Да ничего страшного. И я уже пропылесосил, не переживай.

– Вот теперь я действительно паршиво себя чувствую. Но спасибо. И… кхм… до скорого. Мне к тебе постучаться?..

– Я буду ждать в гостиной. Перед отъездом нужно еще выгулять Носка, а в душе я уже был.

Мы еще не настолько хорошо знакомы, чтобы мне позволялось это себе представлять. Или нет?