Ни сегодня, ни завтра, никогда!

Дальше шли квесты на убийства всех генералов и наместников, среди которых Галиш нашел и свое имя.

— Ха-ха! — не сдержал он усмешки.

— Что там? — тут же поинтересовался Первый.

Брут поглядел на него:

«Строит из себя идиота, а сам тут шпионов вылавливает. Да вот хрен тебе, гавнюк!»

— Просто как такой слабак, как я, сможет выполнить хоть одно из этих заданий?

— Ну так в этом тебе помогут другие. Набери себе пати и вперед.

Галиш снова уставился на список предложенных квестов и замер:

«Убей врага своего!

Награда: опыт за каждую убитую сотню Бессмертных: десять тысяч. Антары за каждую убитую сотню Бессмертных: сто тысяч».

Но оно значилось неактивным.

«Десять тысяч? Сто? Что за цифры? Да это важно только пока ты, как нуб, носишься по мелким локациям и мобов мутузишь. Уровня до десятого это реально крутые цифры, а потом тебе эти десять тысяч нигде не упрутся. Тем более, за сотню созданий. Так значит, эти твари, что покрошили созданий, все были низкоуровневые. Они что новеньких так прокачивали что ли?»

— А почему я не могу взять вот это, про убийство Бессмертных?

— Потому что у тебя оружие неподходящее. Бери, что открыто.

— А какое мне нужно оружие?

— Со временем разберешься, — улыбнулся Первый и махнул головой, мол, выбирай уже.

— Ладно, тогда возьму вот этот квест. Добыть десять мечей, десять щитов и три лука. Мне подойдет, — натянув на лицо улыбку, поднялся на ноги Галиш.

Первый кивнул и указал на дверь:

— Тогда вперед! Удачи тебе, новенький!

— Спасибо, — ответил Бредли, внимательно глядя на Темного. — И меня зовут Брут. Запомни, будь добр. — Убийца сжал рукояти своих старых кинжалов покрепче, и неторопливым шагом направился из храма.

Лациф снова стоял на лестнице перед дверьми темницы и никак не мог заставить себя войти. Там в клетке сидит его друг. Человек, которому он доверял и которого должен казнить. Сколько еще его тут держать? Неделю? Месяц? Год? Лациф сказал всем, что не казнит Фила пока не найдет Кристен, но тем самым, он просто оттягивал ужасный день. Однако, он все равно когда-то наступит и, тогда, дороги назад не будет.

Король вдохнул поглубже, расправил плечи и вошел. Он медленно пошел между клеток, в которых сидели Божьи слуги и некоторые Темные, что так и не успели приобрести гильдейскую принадлежность своего Создателя. Они провожали повелителя Цивитаса ненавистными взглядами, но ему было плевать на них. Лациф остановился.

— Я думал не придешь.

Через силу он заставил себя поднять голову и взглянуть на человека перед собой. Фил был не в лучшей форме, без доспехов, в одних портках. Лицо посерело без солнца, спина согнулась, плечи поникли.

— Я пережил стольких дорогих мне людей, и, в той или иной степени, я виноват в их смертях. Неужели и в этом виноват я? — взялся он за теплые решетки клетки. — Скажи мне, Фил, что я сделал не так? Мне нужно было отпустить тогда Кристен?

— Кто знает, — протянул Сманс и ухмыльнулся, — но не сделай ты того, что сделал, ты бы не был Лацифом.

Мужчины замолчали.

— Как там Мариэнна?

— Плачет.

Снова замолчали.

— Она так и не пришла ко мне.

— Я никому не запрещал тебя навещать.

Переглянулись и опять повисла тишина.

— Мы собирались пожениться.

У Лацифа в душе что-то переломилось.

— Я не понимаю. Ты пожертвовал своим будущим, женщиной, которая тебя любит, своими друзьями, своим домом, бессмертием и все ради чего? — посреди полумрака темницы вспыхнуло алое сияние и тут же погасло. — Так сильно мучила совесть?

— Она нас всех мучит. Разве нет? Крис отдала мне много своих лет и никогда ни о чем не просила. Я не смог отказать ей в том одном, что мог сделать для нее.

— А за тех, кто умер, тебя совесть не мучит?

— А что толку теперь об этом говорить, — грустно улыбнулся Фил, — скоро я к ним присоединюсь. Там и поквитаемся.

— Вот как…Как ты встречался с ней?

— Твинк из Бессмертных.

— М-да, — закивал Лациф, — кто бы сомневался. И сколько их еще таких?

— Да черт его знает, — пожал плечами Фил.

Желтые глаза уставились на крепкого плечистого мужчину, что с легкой спокойной улыбкой на устах стоял и смотрел на могучего гомокула.

— Ты нашел ее?

— Нет.

— Могу ли я тебя попросить?

— О чем?

— Не сжигай ее заживо. Не заставляй снова пережить это. Пусть она умрет быстро. Ведь ее жертвы перед смертью не страдали.

Лацифа передернуло.

— Скажи, Фил, ты сожалеешь о том, что сделал? — устремил он свой взор на рыцаря.

Но тот промолчал. Лишь голову опустил и отвел глаза.

— Что ж, — король гордо расправил плечи, разочарованно глядя на Сманса, — раз таково твое последнее желание, я ее не трону.

Его плащ взметнулся в полутемном коридоре, подняв пыль с каменных плит; и на миг осветив огненными всполохами царящий здесь полумрак, повелитель Цивитаса пропал в темноте.