Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Джерри Адамс часто дает интервью. Но, узнав о теме моего исследования, он отказался говорить со мной. Через своего представителя он послал мне заявление, в котором говорилось, что Проект устной истории Бостонского колледжа – это «крайне ущербная, дешевая попытка, служащая их собственным целям» и что Эд Молони и Энтони МакИнтайр – «известные противники руководства Шинн Фейн и мирной стратегии партии». В заключение Адамс отрицал, что давал приказ убить Джин МакКонвилл и что он когда-либо был членом ИРА.

Но обратной стороной отрицания чего-либо, что всем известно как правда, является постепенное обесценивание этого отрицания. При создании портрета Адамса я опирался на воспоминания многих людей, которые служили с ним в ИРА, на другие интервью, которые давал сам Адамс, и на его собственные биографические заметки.

Когда в 2014 году я приступил к проекту, Эд Молони дал мне полную, неотредактированную письменную запись интервью Брендана Хьюза для Бостонского колледжа, которое стало неоценимым источником. Но, кроме этой устной истории, никто из участников Бостонского проекта не дал мне интервью. Я никогда не имел доступа к устным историям Долорс Прайс, Айвора Белла или каких-либо других участников, упомянутых в книге, хотя мне удалось реконструировать некоторые беседы из интервью Энтони МакИнтайра. Предполагалось, что бостонские пленки будут лежать нетронутыми, как бутылки в винном погребе, до определенных будущих дат, когда участники проекта умрут и ученые начнут изучать то, что действительно происходило в период Смуты. Вместо этого пленки стали криминальными уликами – и политическим оружием. Их можно использовать для возбуждения дел по старым преступлениям. И сейчас ясно, что, видимо, они никогда не станут доступны для исследователей.

Несколько лет назад Бостонский колледж начал информировать людей, участвовавших в проекте, что они могут забрать свои интервью. Университет, пострадавший из-за собственного беспечного отношения к таким опасным материалам, решил переложить ответственность хранения пленок на другие плечи. И многие участники забрали интервью. Одним из низ был Рик О’Роу. Однажды он получил посылку из Бостонского колледжа, содержащую пленки и письменные записи бесед с Мэкерзом, сделанные десять лет назад. Сначала О’Роу не знал, что с ними делать. А затем ему пришла в голову мысль. Он принес диски и записи в кабинет в своем доме и разжег огонь в камине. Затем он открыл бутылочку доброго бордо и налил себе бокал вина. Огонь освещал фотографии в рамках, висевших на стенах – снимки старых друзей и товарищей времен Смуты. Многих уже нет. А еще здесь была копия заявления Патрика Пирса о провозглашении независимости Ирландии. И фотография Брендана Хьюза. О’Роу бросил свои свидетельства и документы в огонь. Он пил вино и смотрел, как они горят.

Выражение благодарности

Прежде всего я хотел бы выразить благодарность детям Джин МакКонвилл, которые говорили со мной. Это были трудные беседы. МакКонвиллы пережили невероятные страдания с большим достоинством. Я надеюсь, что сумел изложить историю того, что случилось с их семьей, настолько правдиво и понятно, насколько это возможно.

Я должен поблагодарить работников многих библиотек и архивов, особенно Линен Холл в Белфасте, Национальной библиотеки Ирландии в Дублине, Национального архива Соединенного Королевства в Кью, архива Черчилль-центра в Кембридже, Нью-Йоркской публичной библиотеки, Библиотеки Тайминент и архива Роберта Ф. Вагнера в Нью-Йоркском университете. Бесценным ресурсом был архив периода конфликта в сети интернет (CAIN) Ольстерского университета.

Эда Молони благодарю за огромное терпение в отношении его собственной истории и за обширные знания о периоде Смуты. Он также делился со мной важными материалами, которые собирал на протяжении десятилетий исследовательской работы, и я очень ценю тот коллегиальный дух, с которым он это делал.

Энтони МакИнтайр, Кэрри Туоми, Рики О’Роу и Хью Фини щедро подарили мне свое время и свои воспоминания. Очень помогли мне Сондра Пик из Травмацентра, Денис Годфри из Независимой комиссии по обнаружению останков жертв и Лиз Янг из Полицейской службы Северной Ирландии.