Никогда не связывайтесь с животными. О жизни ветеринара

Неправдоподобность гомеопатии хоть и забавна, но несостоятельна. Бывало, что много неправдоподобных вещей потом оказывалось правдой. Но что важно, ни один ученый не смог доказать, что гомеопатия превосходит по эффективности плацебо. Ну и в заключение скажу: Ганеман был прав по поводу коры хинного дерева. Она эффективна при лечении малярии. Потому что в ней содержится хинин, который теперь искусственно синтезируют, и он входит в перечень основных лекарственных средств Всемирной организации здравоохранения. Доза взрослого человека для лечения тропической малярии составляет 600 мг три раза в день. И не надо ничего растворять или взбалтывать. Я хотел бы воздать Ганеману должное: если бы он был жив сегодня, он бы прислушался к доказательствам. Не думаю, что он бы продолжал быть гомеопатом, и также не думаю, что он согласился бы, чтобы препараты испытывали на животных.

В мире существует много альтернативных и дополняющих способов лечения. Очень часто их сложно отличить друг от друга. Некоторые вполне действенны, некоторые являются изощренным плацебо, а некоторые откровенно вредны. Наша интуиция часто ошибается по поводу того, что работает, а что – нет. Люди склонны верить, что если это натуральное, то однозначно хорошее; такое заблуждение называется натуралистической ошибкой. Дигоксин, о котором я говорил ранее, получен из растений. Что может быть натуральнее? Однако у него очень узкая сфера терапевтического применения. Правильная доза лечебна, слишком большая доза смертельна, поэтому и люди, и животные, применяющие этот препарат, должны делать это под тщательным контролем.

Немногие из нас беспокоятся по поводу поваренной соли на нашем столе. Что может быть более безвредным, чем старый добрый хлорид натрия? Мы имеем химическое сочетание двух элементов – хлора и натрия. Натрий – это щелочной металл, и в чистом виде, если его поместить в воду, он взрывается. Хлор – это галоген, газ желто-зеленого цвета при комнатной температуре. Его вредное действие, вероятно, более всего известно по химическому оружию, которое применили во время Первой мировой войны. Красочные испарения хлора несли смерть всем, кто вдохнул этот газ. А вот в сочетании эти два элемента являются необходимой составной частью нашего питания. Если бы я сначала продемонстрировал людям взрыв натрия, потом дал нюхнуть им чуточку хлора, не думаю, что кто-нибудь из них поверил бы, что их сочетание будет чем-то полезным и безопасным и к тому же пригодным в пищу. И скорее всего, после такого фаер-шоу мне бы пришлось быстренько изучить список стран, которые не выдают граждан Интерполу.

Нас легко обмануть. Полагаю, что многие альтернативные способы лечения пользуются успехом там, где традиционная медицина недотягивает. В некоторых случаях, например в ароматерапии, взрослый человек получает шанс спокойно провести час в темной комнате, вдали от детей, в тепле, сухости и комфорте и, скорее всего, в сладкой дреме. Кому же такое не понравится? Многие болезни мы сами себе надумываем. Есть такая концепция, которая называется «возврат к балансу». Иными словами, если вы заболели, то, скорее всего, вы потом выздоровеете. Ваш собственный организм является исключительным механизмом, который постоянно адаптируется и саморегулируется для достижения здорового баланса. Это все гомеостаз.

Сама мысль, что вы получаете медицинскую помощь и вам прописали лечение, может заставить вас чувствовать себя лучше: так работает плацебо. Известные бренды болеутоляющих таблеток более действенны, чем препараты-дженерики. Уколы физраствора и пилюли из сахара фармацевтически абсолютно бесполезны и не обладают болеутоляющим эффектом, но почему-то от укола людям быстрее становится легче, чем от таблетки. Почему так? Трудно сказать, мы точно не знаем, но кажется, что люди воспринимают укол как более действенное медицинское вмешательство. Вам становится лучше, потому что вы ждете, что вам станет легче; наш разум – очень мощный инструмент. Ну а как же тогда это работает у животных, спросите вы? Вовсе необязательно, чтобы это работало на животных, скажу я вам, достаточно того, что это действует на их хозяев или же ветврача. Были у меня такие забавные беседы.

– Как наш Билли, ему лучше? Меньше хромает? – спрашиваю я.

Клиентка немного помялась в неуверенности, потом выдала:

– Ну-у-у может быть, слегка полегчало. Ну так, прямо самую малость.

Было заметно, как эта маленькая ложь во спасение далась с большим трудом моей добродушной клиентке. Я улыбнулся и сказал, что меня нисколько бы не обидело, если бы она ответила «нет». Ведь я же тоже хочу, чтобы Билли поправился, пусть и из исключительно эгоистичных соображений сохранения своей профессиональной репутации. Я объяснил, что у нас есть много доступных вариантов лечения и что она должна быть просто объективной и честной. Нет необходимости смущаться и скрывать истинное положение вещей, тем более хозяйке животного.

Она с облегчением вздохнула.

– Нет, честно говоря, ему лучше не стало, – призналась она.