Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

Были поощрены новыми должностями руководители нефтяной промышленности: председатель правления «Союзнефти» Георгий Ломов назначен заместителем главы Госплана СССР, а его место в объединении занял Сергей Ганшин (1895–1937), ранее первое лицо в «Грознефти», показавшей «яркий пример самоотверженной борьбы за выполнение пятилетнего плана». «Один из передовых отрядов пролетариата СССР — нефтяники — своим победоносным наступлением на фронте хозяйственного строительства на деле доказали силу и мощь рабочего класса и правильность генеральной линии партии, — писал, не экономя на пафосе, новый руководитель отрасли в журнале “Нефтяное хозяйство” (1931. Ns 4–5). — Новой расширенной нефтяной пятилеткой предусматривается добыча нефти на последний год пятилетки в 46 млн т. Выполнение этой пятилетки позволит не только полностью удовлетворить потребности внутреннего рынка, но и без ущерба для этого рынка еще более развить нефтеэкспорт». Несмотря на то что «вредители именно нефтяную промышленность избрали одной из главных для своих подрывных операций», автор выразил полную уверенность, что «в активности рабочих масс, в дальнейшем развертывании социалистического соревнования и ударничества, в дальнейшей борьбе за технику — залог выполнения нового, расширенного плана нефтяной промышленности».

А потом… фонтаны начали иссякать. С катастрофической быстротой и к ужасу новых начальников «Союзнефти». Резко снизилась суточная нефтедобыча. План третьего квартала был с треском провален. Правительство отреагировало на это привычным образом: очередной аппаратной реорганизацией. Восьмого октября 1931 года Президиум ВСНХ СССР принял решение о расформировании Всесоюзного объединения «Союзнефть» и о создании Главного управления по топливу с наличием в нем Нефтяного сектора, который возглавил Сергей Ганшин. В Баку и Грозный полетели телеграммы и письма с требованиями немедленно принять меры по преодолению отставания от пятилетнего плана. Все было тщетно. Нефтяные фонтаны продолжали угасать. За весь 1931 год в СССР добыли лишь 22 миллиона 392 тысячи тонн нефти. Мыльный пузырь «грандиозной победы советских нефтяников» оглушительно лопнул.

Провал нефтяной пятилетки стал очевиден, и Сталину требовалось каким-то образом скрыть его. Способ нашелся. XVII партийная конференция, проходившая 30 января — 4 февраля 1932 года, приняла резолюцию «Итоги развития промышленности за 1931 г. и задачи на 1932 г.». В этом документе рекордные 46 миллионов тонн годовой нефтедобычи не фигурировали. Да и вообще исчезли конкретные цифры по нефтепрому. Основная задача отрасли была сформулирована в общих словах: «Быстрый рост автотракторного парка требует дальнейшего развития добычи и переработки нефти, дальнейшей реконструкции нефтяной промышленности, перехода на глубокое бурение, усиления разведок в новых районах и безусловного выполнения производственной программы 1932 г.».

Реальный объем нефтедобычи (вместе с газом) за 1932-й был назван лишь через два года на XVII съезде ВКП(б) в докладе председателя Совнаркома СССР Вячеслава Молотова: всего 22,1 миллиона тонн. Но ни тогда, ни после никто официально не признал, что план пятилетки по нефтедобыче не был выполнен даже наполовину. Об этом косвенно обмолвился в своей речи на съезде лишь нарком Григорий Орджоникидзе: «Вот грозненцы все время хвастали, что в два с половиной года выполнили пятилетку. Ну а после двух с половиной лет нам разве нефть не нужна? Нужна. А они сократили добычу нефти… Что касается Грозного, то надо сказать, что здесь до сих пор топчутся на месте и даже идут назад. Грозненцы — пока у них били фонтаны — готовы были рапортовать всему миру, а как фонтаны прекратились, оказалось, что они не умеют ни бурить, ни добывать. Так, товарищи, продолжать дело нельзя».

Один из реальных, не подтасованных итогов первой пятилетки был подведен ГУЛАГом. Восьмого января 1932 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О привлечении к уголовной ответственности за предоставление неверных сведений о выполнении народнохозяйственных планов». К тому времени ОГПУ уже вело следствие по делу «О контрреволюционной вредительской, диверсионной и шпионской организации в нефтяной промышленности и системе Нефтеторга». По указанию партийных органов шел поиск «нефтяников-вредителей», коварно сорвавших планы первой пятилетки. К началу апреля 1932 года в Москве были арестованы 19 ответственных сотрудников Нефтяного сектора ГУП ВСНХ СССР. Среди них — руководители ключевых направлений: Густав Сороковер, начальник промысловой секции; Наум Нейман, начальник заводской секции; Александр Бондаревский, руководитель группы перспективного планирования; Иван Куприянов, заведующий товарной группой; Соломон Тверский, начальник транспортно-плановой секции.