Николай II. Отречение которого не было

Получив приказ от Гринчука-Лукашевича, Зубрилин вызвал инженера депо Н. Ф. Шуравского, и они стали планировать, как задержать поезд. Далее В. И. Миронов приводит следующий документ: «Из донесения в штаб корпуса войск Всероссийской Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией при Совете Народных Комиссаров: «Я, сотрудник Всероссийской Чрезвычайной Комиссии, уполномоченный штаба Главного Управления войск Внутренней Охраны Республики и член РСДРП(б) (Московская организация, членский билет № 624) Симонов Глеб Петрович настоящим свидетельствую, что тов. Зубрилина Ивана Ивановича знаю с 1916 года. Он в то время занимал должность начальника станции Дно Московской Виндаво-Рыбинской железной дороги, где как в начале, так и в момент февральской революции 1917 года, с немногими верными долгу революции товарищами принимал горячую активность в свержении самодержавия. […] Тов. Зубрилиным была составлена подложная путевка (путевой лист), и навстречу поезду Николая был отправлен товарный поезд. А вслед за этим поездом тов. Зубрилин лично с некоторыми товарищами сел на паровоз и отправился со станции вдогонку, чтобы в пути разбить отправленный поезд, дабы загромоздить путь… Но жандармерия заметила… и за станцией на стрелках, наставив револьверы, остановила паровоз. Тем не менее, поезд, отправленный ранее, прибыл на соседнюю станцию с подложной путевкой.

Пока жандармы «разбирались» с паровозом Зубрилина, события развивались так. Получив фиктивную поездную путевку о разрешении занятия перегона Дно — Полонка, навстречу царскому литерному поезду с целью организовать крушение в 13 часов из депо вывел свой паровоз машинист Алексей Суворов. С этой бригадой выехали заместитель начальника депо инженер Н. Ф. Шуровский и главный кондуктор, а к паровозу прицепили балластную вертушку. Стрелочник входных стрелок станции Полонка заметил в темноте приближающийся поезд, самовольно расшил стрелку и перевел на тупик, а сам с сигналом бросился навстречу литерному поезду. Стрелочник знал только одно, что поезд обычный пассажирский, светский, а кто в нем ехал, естественно, знать не мог. Он выполнял свои обязанности, находясь под страхом личной ответственности, под страхом быть судимым…

Паровоз с балластной вертушкой влетел в тупик и остановился. Паровозной бригады и заместителя начальника депо на нем не оказалось. Они, открыв регулятор перед самой станцией Полонка, покинули паровоз…»[1104].