Читаем Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина полностью

Северный флот получил также возможность эффективно действовать против морских конвоев противника. Так, 15 сентября 1944 года комбинированный удар по немецкому конвою нанесли 8 торпедных катеров и около 150 самолетов, а 16 октября — 4 подводные лодки и более 100 самолетов. Всего в течение 1944 года противник потерял на Баренцевом море 77 транспортных судов общим водоизмещением около 190 тысяч тонн, 38 боевых кораблей и вспомогательных судов. Успешные действия Северного флота не дали немцам возможности своевременно подбросить подкрепления северной группировке войск и обеспечить эвакуацию живой силы и вооружения из Петсамской области и района Киркенеса.

* * *

В результате весеннего и летнего наступлений Красной армии на Карельском перешейке были освобождены Петрозаводск и Выборг. Теперь Кронштадтской базе была обеспечена полная безопасность и корабли получили выход в восточную часть Финского залива. Однако операционная зона флота практически осталась прежней. Чтобы ее расширить, надо было освободить побережье Эстонии, перебазировать на запад аэродромы флотской авиации.

Поставленное на грань полного разгрома, финское правительство обратилось в Москву с предложением мира. Договор был заключен 12 марта 1944 года. В числе прочих условий СССР предоставлялась 50-летняя аренда полуострова Порккала-Удд. Создаваемая там военно-морская база должна была осуществлять оборону центральной минной позиции, не допуская прорыва противника в Финский залив и обеспечивая ВМФ беспрепятственный выход в открытое Балтийское море. К созданию базы приступили 20 сентября. Помимо береговой артиллерии и кораблей охраны водного района туда перешла и часть подводных лодок. Оперативное положение Балтийского флота сразу резко улучшилось.


Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов и руководство Генерального штаба РККА во время планирования наступательной операции в Прибалтике. Справа от Н. Г. Кузнецова первый заместитель начальника Генерального штаба генерал армии А. И. Антонов. 1944 г. Из архива А. А. Раздолгина


С весны 1944 года, когда стратегическая инициатива полностью и бесповоротно перешла в наши руки, Сталин начал постепенно расширять права наркома ВМФ как непосредственного начальника воюющих флотов. На очереди была передача в его ведение Балтфлота. Происходила она не одномоментно, а постепенно, чтобы не возникло разрыва в вертикали подчинения и связанных с этим недоразумений. В начале марта 1944 года готовящийся к проведению Прибалтийской наступательной операции Ленинградский фронт нуждался в прикрытии с моря своего правого фланга. Поэтому Сталин вполне предсказуемо привлек к решению этого вопроса наркома ВМФ.


Десантные суда под прикрытием бронекатеров Балтийского флота во время Моонзундской десантной операции. 1944 г. Из фондов ЦГА ВМФ


В марте 1944 года Сталин через Кузнецова вызвал в Москву командующего Балтийским флотом Трибуца, чтобы принять их вместе и выслушать доклад адмирала. Тот доложил, что флот готов выйти в море и начать боевые действия, как только залив очистится ото льда. С учетом высокой минной опасности участники совещания решили в первую очередь задействовать флотскую авиацию, а корабельные соединения использовать для поддержки артиллерийским огнем и высадкой десантов в тех районах, где могут избежать неоправданных потерь.

В ходе Выборгской операции Балтийскому флоту предстояло взаимодействовать с Ленинградским фронтом на Выборгском и Кексгольмском направлениях. В Свирско-Петрозаводской операции Карельского фронта Ладожская и Онежская флотилии использовались на сортавальском и петрозаводском направлениях. Особенно подробно Сталин интересовался у Кузнецова и Трибуца, чем может флот содействовать наступлению на Карельском перешейке.

Кузнецову удалось успешно наладить взаимодействие между Балтийским флотом и четырьмя фронтами в Прибалтийской операции. В ходе ее были взяты Таллин, Рига и Моонзундские острова. После освобождения Таллина, несмотря на сложную минную обстановку, Балтийский флот получил возможность контролировать устье Финского залива.


Советские морские пехотинцы на захваченной немецкой береговой батарее в Лиинахамари. 1944 г. Из открытых источников


Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже