Nirvana: Правдивая история

Где-то между окончанием 1991-го и летом 1992-го все изменилось. Паранойя и наркомания Курта обострились; он отдалился от близких друзей и в особенности от Криста, переехав в США; Кортни забеременела. Единственным светом в окошке для Курта осталась его любовь к жене. Посмотрите на стихи альбома «In Utero»: почти каждая песня связана с Кортни и / или тем, как ее очерняют в прессе. Возможно, действительно после почти непрерывных гастролей в течение 18 месяцев у Курта просто не было возможности вернуться к нормальной жизни. Нормальность в общепринятом смысле для него не существовала. Сравните с его коллегами – оба они получили шанс вновь привыкнуть к жизни. Крист вернулся к Шелли в Сиэтле и оказался в хороших условиях, да еще и постарался извлечь пользу из своей славы. Дэйв наслаждался процессом и копил на будущее.

Все это время я общался с Куртом и Кортни. Наверное, я был одним из немногих, кто разговаривал с обеими половинками этой четы. Да, все это случилось внезапно, так внезапно, что Кортни даже не успела понять, что она еще, собственно, не разведена с Фоллингом Джеймсом, с которым они поженились по пьяной лавочке в Лас-Вегасе. Мне рассказывали, что Куртни хотели было тайно пожениться еще несколько месяцев назад в Сиэтле, но тут-то Кортни и сообразила, что неплохо бы для начала развестись.

Я: Вспомнил, о чем я вас еще не спрашивал. Когда вы собираетесь вернуться в студию?

– В следующем месяце, как только до дома доедем, – отвечает Курт. – Когда я снова окажусь в своем доме среди деревьев, мы снова станем группой, потому что окажемся все в одном месте.

Я: Вы планируете записываться на восьмидорожечной студии?

– Думаю, так и сделаем, – кивает певец. – Я пару раз забрасывал эту идею Кристу и Дэйву, но мы пока так и не сошлись ни на чем конкретном. Пока что хотим отправиться в «Reciprocal» к Джеку Эндино и арендовать то же самое оборудование, каким пользовались на «Bleach». Мы запишем с Джеком все песни на восьми дорожках, запишем еще где-нибудь на 24 дорожках со Стивом Альбини[320]и потом отберем лучшее.

Я: Словом, вы нацеливаетесь в следующем альбоме на более сырой звук?

– Да, на менее искусственный, – отвечает Крист.

– Надеюсь, звук будет отличаться от «Nevermind», – добавляет Курт.

Я: Почему? Тебе надоел «Nevermind»?

– Нет, альбом мне очень нравится, – отвечает Курт. – Не важно, сколько над ним работали продюсеры, главное – что песни хороши. Но хотелось бы чего-то более естественного.

– Мы не хотим оказаться в положении «Slayer», – поясняет Дэйв. – Там одни и те же люди сводили их три последних альбома, в результате все они звучат одинаково. Это просто глупо.

– Возможно, по следующему альбому можно будет судить, какое влияние мы оказываем на самом деле, – вслух размышляет Крист.

– Да, но, как мы знаем, по крайней мере сорок процентов тех, кто любит нашу музыку, не купят нашу новую пластинку, если на ней будут резкие, неприемлемые песни, – усмехается Курт. – А если купят… о, тогда подтвердится теория, что в пасть мейн-стриму можно засунуть что угодно – они всё слопают.

Я: Как думаете, удастся выпустить второй такой же популярный сингл, как «Endless Nameless»?