Низший пилотаж

Она настолько тебе нравится, что ты тайком выдрал ее у какого-то из твоих знакомых торчков, принес домой и теперь разглядываешь это тело. Негритянка, нет, скорее мулатка, она сидит на корточках, широко расставив острые коленки так, что ты видишь ровную щель бритой пизды, и эта пизда прекрасна.

Мулатка держится обеими руками за ветку над ее головой, пальцы ног девушки как раз у нижнего обреза картинки и кажется, что если ее оживить, она спрыгнет с изображения и тогда…

Ты голый, согнув колени, лежишь на кровати, фотография негритянки опирается на твой хуй, и ты смотришь на нее. Ты видишь, что она на самом деле живая. Она лишь под прозрачной пленкой, которую можно каким-то образом убрать, и она, живая и радостная, недаром же она тебе улыбается, сойдет с картинки.

Протянув руку, ты прикасаешься к ее колену, груди. У тебя полное ощущение, что твои пальцы гладят живую плоть, она пульсирует, в такт биению ее сердца. Пальцы скользят ниже, к пизде, и тебе кажется, что от этого она улыбается еще шире. Между полусомкнутых губ появляется дразнящий кончик языка. Ты видишь, как она томно облизывается и понимаешь, что еще чуть-чуть, и она появится во плоти.

Но пока рано. Она ведь еще плоская, и ты впиваешься взглядом в изображение, и оно начинает приобретать объем. За спиной девушки небольшой бассейн с прозрачно синей водой. От дерева, за ветвь которого держится твоя мулатка, на него падает тень. Ты разглядываешь волны. Они перемещаются, слышится слабый плеск воды о бетонные стенки и томный вздох.

Переведя немигающий взгляд на девушку, ты замечаешь, что она как бы выпирает из картинки. Внезапно она моргает. Да! Оживает!

Ты смотришь еще пристальнее, да, изменились тени на ее коже. Теперь они не от невидимого солнца, а от лампы, которая освещает тебя и ее. Ты нежно прикасаешься к женскому телу. Да, вот она, выпуклость грудей, коленок, сладостная мокрость пизды. Но почему же негритянка не вылезает из своей тюрьмы? Ах да, ее держит невидимая пленка. Ты воображаешь, что твой палец превращается в плазменный резак, способный прорезать любую преграду. Ты уже подносишь его к изображению, но замечаешь, что девушка предупреждающе качает головой. Но почему, неужели она не хочет? Нет, наверное, она еще недостаточно материализовалась.

Сила, распирающая тебя, устремляется в твои руки, и через пальцы мощным потоком устремляется в негритянку. Ты видишь, как она нежится в их лучах, приобретая плотность и объем.

Не мигая, ты смотришь на нее. Ты боишься, что моргнув, можно упустить момент, когда она будет готова спрыгнуть к тебе. Но минуты идут, и ничего не происходит. Твои глаза давно уже истекают слезами, соленые струйки стекают по твоим щекам, падают не грудь. Быстрым движением руки ты вытираешь ненужную влагу и вдруг понимаешь, что твои усилия напрасны.

До тебя доходит, что ты излучаешь гигаватты, но они не остаются в нарисованной девушке, а передаются ей настоящей, той, с которой и была сделана фотография.

Ты прекращаешь накачивать ее силой и вглядываешься в изображение, пытаясь заметить хоть какой-нибудь знак.

— Тебя вытащить оттуда? — Шепчешь ты еле слышно. И замечаешь, что негритянка кивает. Это движение было бы незаметно, если бы ты не знал, что его надо ждать.

Да, она согласна, а ты действовал до сих пор совершенно неправильно. Теперь твои пальцы начинают всасывать энергию. Словно черные дыры они всасывают, поглощают выпущенную раньше силу. Вместе с ней из плоского листа начинает выступать и твоя негритянка. Из двумерного изображения она становится барельефом, светло-коричневое тело уже готово пасть в твои объятия, но что это? На ее лице вновь отражается грусть. Девушка желает показать тебе, что и сейчас что-то идет не так.

И ты понимаешь, что у нее нет спины. Связь между тобой и негритянкой уже настолько прочна, что вам для разговора не требуется никаких слов. Вы общаетесь напрямую, мозг в мозг. Она подбадривает тебя, просит не прекращать усилий, она чувствует, что для высвобождения ей не хватает самой малости.

Ты просишь ее подождать. Силой воображения или астрального сканирования ты лепишь образ ее спины. Вот затылок, покрытый жестким курчавым ежиком, вот длинная тонкая шея, вот собственно и сама спина, с торчащими лопатками, нежными валиками мышц вдоль позвоночника, вот попка, вот икры, лодыжки, пяточки…

Вся твоя энергия направлена теперь на постепенное прорисовывание, овеществление совершенного образа. Ты чувствуешь, как твоя сила творит живую материю. Она пока еще там, в гиперпространстве за плоскостью картинки, но ты чувствуешь ее так, словно твои ладони скользят по изгибам этой теплой податливой спины. Ладони ощущают податливую плоть, выталкивают ее прочь из фотографического застенка, к тебе.

Физические руки парят в каких-то миллиметрах над кожей негритянки, всасывающей силой продолжая вытягивать девушку из календаря. Касаться ее пока нельзя, понимаешь ты, от прикосновения может произойти разряд, и все силы, затраченные тобой на оживление, пойдут прахом.