Нобель. Литература

1920Кнут Гамсун

Кнут Гамсун — норвежский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1920 год. Получил премию с формулировкой «за монументальное произведение „Плоды земли“ о жизни норвежских крестьян, сохранивших свою вековую привязанность к земле и верность патриархальным традициям».

После прихода Гитлера к власти в Германии и во время Второй мировой войны встал на сторону нацистов. После смерти Гитлера Гамсун написал некролог, в котором назвал нацистского лидера «борцом за права народов». После окончания войны Гамсун был отдан под суд. Он избежал тюремного заключения благодаря преклонному возрасту.

Гамсун написал более 30 романов, повести, пьесы, рассказы, публицистические книги, стихи.

Его переводили Александр Блок и Константин Бальмонт.

В этом очерке я расскажу вам о творчестве Кнута Гамсуна, который, не иначе как ради русского уха, сменил свою неблагозвучную фамилию Педрсен на благозвучную Гамсун. Надо сказать, у меня двойственное отношение к этому автору. Ностальгически он мне приятен, потому что он любимый писатель бабушки, не только моей, и дома некоторое количество дореволюционного Гамсуна хранилось. Дело в том, что Гамсун после Второй мировой войны в России 30 лет не переиздавался ввиду его нацистских симпатий. Это перечеркнуло всю его славу и уж точно его Нобеля. Многие норвежцы присылали ему с омерзением его книги после того, как он от Гитлера принял медаль и рукопожатие. Кнут Гамсун, конечно, сильно себе в старости навредил. Навредил, пожалуй, не меньше, чем Мережковский. Но у Мережковского Нобеля-то не было, а самое главное, Мережковский успел раскаяться в том, что он о Гитлере комплиментарно высказался, от Муссолини взял грант. А Кнут Гамсун в своей книге «На заросших тропах» очень, надо сказать, осторожно ревизовал свое мировоззрение. Да и вообще он был уже не в состоянии провести ревизию собственного пути. Ему было под 90, он так толком и не понял, что натворил.

Между тем, все мировоззрение Гамсуна с самого начала вело его прямо в лагерь фашизма. Будем откровенны, и все философское развитие Европы XX века логически завершилось фашизмом, показав некоторые опасности романтизма, национализма, консерватизма и иных крайностей, которые в теории ничего страшного не обещали. Да и кто не увлекался противопоставлением, скажем, культуры и цивилизации? Томас Манн, ненавидевший буржуазность и любивший немецкий дух. Освальд Шпенглер, хоронивший либеральную Европу. Мартин Хайдеггер, возродивший культ традиции. А вот поди ж ты. «Хайдеггеровская забота о ближайшем в стремлении вернуться к „основам“, „почве“, „земле“, „языку“ как единственному дому бытия», — пишет современный исследователь, не замечая, как излагает основы сегодняшнего «консервативного поворота», а мы ведь уже знаем, чем это кончается. Ну, «ходить бывает склизко по камушкам иным», но вообще-то все понятно, нет?

Показав, какой путь лежит от женофобии, от женоненавистничества, от Отто Вайнингера с книгой «Пол и характер», от некоторых уклонов Ницше непосредственно в фашизм, от почвенничества, Кнут Гамсун стал едва ли не самой трагической фигурой скандинавской прозы, потому что он большой писатель. Гением я его не назову, но человек был одаренный. Написал много. Очень неравноценно. На сегодняшний вкус его перечитывать практически невозможно, я тут открыл «Мистерии», «Пана»… Ну, это все-таки пишет человек, у которого очень много свободного времени, для праздного читателя.

Первый роман Гамсуна «Голод», во всяком случае, первый замеченный роман, который принес ему славу, роман 1890 года — это действительно впечатляющая книга. Экспрессионизм до экспрессионизма. Это, надо сказать, лучше всего, что Гамсун писал потом, по крайней мере в следующие 10 лет. История Гамсуна — это такая классическая мартиниденская биография, когда упорным трудом молодой писатель сделал себе славу и потом 20 лет после первого успеха писал только о том, как упорным трудом молодой писатель сделал себе славу и как она ему оказалась не нужна. Мартин Иден, как мы помним, был моряк, а здесь именно о том, как в конце книги герой идет в моряки.