Ночные тени (сборник)

Когда Антон хотел, он мог казаться таким наивным и неопытным: только-только со студенческой скамьи, первое задание, растерянность… У людей возникало непреодолимое желание помочь начинающему сыщику, непроизвольно появлялись в голосе покровительственные нотки. Вот и сейчас расчёт у капитана был точный: если парень замешан в краже, у него притупится внимание – ещё бы, следователь такой лопух! Если нет – захочется помочь.

– Давайте, спрашивайте! – У Витька и правда появилась добродушно-снисходительная интонация.

– Ты у тёти когда был последний раз?

– Месяца два назад, – пожал плечами. – Или три. Или полтора… Я дни не считаю.

– Это понятно. Но, может, вспомнишь, профессор Леонид Григорьевич с женой уже уехали, или ещё нет?

– Уехали, точно! Тётя Люся ещё говорила, что нужно пойти к ним, цветы полить.

– А что-нибудь ещё о профессорской квартире она говорила?

– Нет… Вроде нет. Да я, господин капитан, и в марках-то не разбираюсь. То, что пацаном собирал немного, так это ерунда, уже и забыл всё. Вот у меня дружок есть, Толик, так тот, да! Большой знаток.

– Толик? А он не знает, случайно, профессора Спольника?

– Нет, откуда! Он и тётку мою всего один раз видел.

– Когда?

– Да вот, в тот раз, о котором вы спрашивали. Мы с ним вместе заходили, я вспомнил.

– Вот как…

Антон «сделал стойку», как породистая охотничья собака, когда берёт горячий след. Кровь прилила к щекам, глаза заблестели, мышцы напряглись. Но внешне с ним произошла совсем иная метаморфоза: он, казалось, расслабился, потерял интерес к разговору. Неторопливо поднялся со скамьи, где они сидели с Витьком: он ведь перехватил парня рано утром, когда тот выбежал из подъезда и направлялся к гаражу во дворе.

– Ты куда сейчас поедешь? – спросил.

– В Западный район.

– Подкинешь до метро?

– Конечно, господин начальник! – Витёк чувствовал себя хозяином положения.

В машине Антон извиняющимся тоном попросил:

– Ты, Витя, расскажи подробно о твоём и Толика приходе к Людмиле Семёновне. Мне ведь о нашей с тобой встрече отчитаться надо. Напишу начальнику рапорт и больше тебя тревожить не буду.

Глупый мальчишка, лихо крутя баранку, покровительственно бросил:

– Ну ладно, сейчас всё хорошенько вспомню…

Толик, приятель Витька, был года на четыре постарше. Он приходился «хозяину» фирмы двоюродным братом, потому занимал солидную должность – завскладом. Загрузив последнюю дневную партию груза, Витёк сказал мечтательно:

– Сейчас отвезу к метро «Научный городок» и заеду к тётке, она там рядом живёт. Классно пообедаю!

– Небось, борщом кормить будет? – спросил Толик.

– Солянкой! А ещё капустой тушёной с мясом и грибами, да булочек своих напекла, очень вкусных… Она звонила мне вчера вечером, звала.

– Хорошо тебе, – позавидовал Толик. – А я тут всухомятку, как в рекламе: сникерс запиваю пепси да заедаю бананом с апельсином. Осточертело!

Витёк даже обрадовался, что может сделать товарищу приятное:

– Слушай, закрывай склад на перерыв, и поехали со мной! Тётя обрадуется, не думай! Пообедаем как следует.

Толик не долго раздумывал. Прихватил тёте в подарок коробку конфет и банку кофе, да ещё бутылочку импортного шампанского. Тётя Люся накормила их вкусно, по-домашнему, до отвала. Она и Толик выпили немного шампанского – лёгкого, сладкого, с привкусом персика. Витёк тоже хотел, но тётя испугалась: «Нет, нет, ты за рулём!» Он не стал её огорчать, хотя в том шампанском и крепости-то никакой.

И вот, как раз, когда парни уходили, и в прихожей прощались, тётя и вспомнила:

– Ох, надо же пойти к Спольникам, цветы полить и Феню с Филей покормить. Сейчас и схожу.

И сняла с гвоздика на двери связку ключей, показала Витьку:

– Вот, Леонид Григорьевич и Римма Михайловна на днях уехали – в Америку, Мишу навестить.

Когда парни ехали в машине обратно на склад, Толик спросил:

– Это что же, соседи в Америку не на совсем укатили?

– Нет, вернутся. Сын у них там, учёный в каком-то научном центре. Звал их насовсем, но старики не хотят, гостить поехали.

Витёк вдруг вспомнил, что однажды заезжал с Толиком на толчок для филателистов. Коллекционеры там покупают марки, обмениваются. Толик тоже тогда сделал тройку обменов, кое-что купил.

– Между прочим, – сказал Витёк, – у профессора клёвая коллекция марок. Да ты, небось, слыхал – Спольник?

– Да, фамилию слыхал. Это, значит, он? – удивился Толик. – А марки свои он что, в Америку увёз?

Витёк сначала растерялся, потом, подумав, покачал головой:

– Нет, вряд ли… Зачем они ему там? Продавать Леонид Григорьевич свои марки ни за что не будет!

… Вот такой тогда у них вышел разговор. Его Витёк и пересказал капитану Ляшенко. А под конец, опять посочувствовав Спольнику, сказал:

– Всё мне дядя Лёня талдычил, когда я жил у тёти: «Учись, Витя, обязательно учись хорошо». Да и сейчас, когда к тётке забегаю и его встречаю, ту же песню поёт: «Учиться надо».

– Так, может, прислушался бы к совету профессора, – бросил Антон.

– Вот ещё! Я когда пацаном у них бывал, Миша аспирантуру кончал, кандидатскую готовил. Как ни приду – он всё пишет, читает! С утра до вечера, ни погулять, ни повеселиться! Тоже мне – жизнь!