Норманны. От завоеваний к достижениям. 1050–1100 гг.

Тем не менее норманны по-прежнему во многом зависели от кораблей, которые они реквизировали, и моряков, которых они насильственно привлекали к службе. Моряки, служившие Завоевателю и его сыну после 1066 года, скорее всего, тоже были англичанами, а уже в 1096 году внук Танкреда Готвилльского потратил большую сумму, чтобы нанять итальянские корабли и силами 200 гребцов перевезти через Адриатическое море 1500 солдат и 90 лошадей[195]. Известно, что для своего похода на восток в 1081 году Роберт Гвискар собирал корабли и моряков не только в таких итальянских городах, как Бриндизи и Отранто, но и в портах Иллирии, например в Рагузе, а Рожер в это время продолжал пользоваться кораблями из Реджо и сицилийских городов: Мессины, Катании и Сиракуз[196]. Особого внимания, возможно, заслуживает тот факт, что один из самых могущественных флотов Средневековья появился и применялся в норманнском королевстве Рожера II Сицилийского. Но это произошло в XII веке, и хотя Роберт Гвискар и его сын Рожер заслуживают за свои начинания всяческого уважения, все же в их период достичь удалось лишь ограниченного прогресса. Во второй половине XI века норманны все еще повсюду напрямую зависели от кораблей, созданных другими, и от моряков, нанятых в завоеванных ими землях.

И тем не менее то, как они использовали собранный флот, весьма примечательно. Действия норманнов на суше близ Мессины в 1060 и 1061 годах интересны тем, что сюда лошади впервые были доставлены по морю[197]. Возможно, этому трудному искусству норманны научились у итальянцев, которых еще раньше для этой цели использовали греки, и норманны, естественно, использовали любые инструкции, какие могли получить. Мессинский пролив очень узкий, и хотя воды в нем не всегда спокойные, они все же защищены, а норманнский участок Ла-Манша открыт и его незащищенный отрезок составляет более 20 миль, а протяженность переправы от Отранто до острова Корфу — почти 60 миль. Но лошади, совершившие в 1066 году вместе с Вильгельмом переправу на его небольших судах, на ковре Байё имеют привлекательный вид, а о Роберте Гвискаре совершенно точно сказано, что, переправившись в 1081 году через Адриатику, он привез с собой лошадей[198]. Вопрос этот и в самом деле чрезвычайно важен. В этот период успех норманнов в сражениях самым непосредственным образом зависел от атаки конных рыцарей, но для этого были нужны хорошо выдрессированные лошади, и как в Англию, так и на Сицилию, их было необходимо доставить на кораблях. Поэтому не будет преувеличением предположить, что успешная транспортировка лошадей по морю была существенным вкладом в победу норманнов на суше^{39}.

Всем норманнским завоеваниям того периода, очевидно, способствовали скоординированные действия флота и сухопутных войск. Построенный Вильгельмом Завоевателем флот сделал возможной военную кампанию, кульминацией которой стала битва при Гастингсе, и в 1066 году именно факт господства Завоевателя в водах малых морей, отделяющих Великобританию от континента, предоставил ему возможность, находясь в Англии, получать крайне необходимое для него подкрепление[199]. Захватить в 1071 году Бари вновь помогла одновременная блокада с суши и моря, а сразу после падения города флот не только перевез норманнские войска в Катанию, но и принял участие в совместной операции против Палермо, причем Роберт Гвискар со своими кораблями отправился дальше вдоль северного побережья, а Рожер с большей частью сухопутных войск покинул Катанию. Эту осеннюю кампанию 1071 года можно сравнить с кампанией Вильгельма Завоевателя против Шотландии в 1072 году. В 1071 году для защиты Английского королевства он реквизировал корабли, в 1072 году направил морские и сухопутные войска в сторону Шотландии и при помощи кораблей взял страну в блокаду, а сам с сухопутными войсками отправился через залив Ферт-оф-Форт.

Соответствие с тактикой, используемой на Сицилии годом ранее, — абсолютно полное.