Новая история стран Европы и Северной Америки (1815-1918)

Ревизия марксизма Переход капитализма на рубеже XIX–XX вв. в империалистическую стадию, крупные перемены в экономике, приспособление производственных отношений к мощному подъему производительных сил, концентрация производства и другие факторы породили сомнения в верности марксистской концепции. В 1896–1898 гг. немецкий социал-демократ Эдуард Бернштейн опубликовал серию статей, ав 1899 г. на их основе издал книгу «Проблемы социализма и задачи социал-демократии». В ней он констатировал: «Я должен сознаться, что настоящий труд во многих существенных пунктах уклоняется от взглядов, высказанных Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом»[44].

Прежде всего Бернштейн выступил против экономического детерминизма Маркса и его ортодоксальных последователей. В 1859 г. Маркс писал: «На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или – что является только юридическим выражением последних – с отношениями собственности… Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их

оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции»[45]. При таком подходе следует допустить неминуемость революции, которую, когда она созреет, пролетариат и должен совершить. Бернштейн с этим полемизирует. По его мнению, не только экономика, но и идеологические принципы, нормы социальной этики, стремление к справедливым общественным отношениям, правовое сознание являются действенным фактором исторического развития, способным модифицировать общество. Из этого следует, что не обязательно революционными методами взрывать экономические отношения, можно их изменить в соответствии с новыми потребностями общества. Отсюда следует, что социальная революция не является неизбежной, общественные противоречия могут быть разрешены путем реформ, а само общество эволюционировать по пути прогресса.

Бернштейн поставил под сомнение вывод марксизма о неизбежности гибели капитализма под воздействием противоречий, нараставших в процессе его развития. Он полагал, что капитализм располагает достаточными средствами адаптации к меняющимся условиям. Аргументация Бернштейна сводилась к следующему. С марксистским положением о концентрации собственности в руках небольшой и постоянно сокращающейся группы крупных капиталистов не согласуется факт абсолютного и относительного роста числа собственников. Более того, образование акционерных обществ противодействует централизации и допускает дробление уже сконцентрированного капитала, а это ведет к его демократизации. Наконец, крупное производство не только не поглощает мелкое, но и само может процветать лишь рядом с ним. При этом по мере расширения мирового рынка, увеличения кредитов, возникновения картелей, улучшения транспорта и связи расширяется сфера регулирующих начал в экономике и уменьшается возможность кризисов.

Неприятие марксова экономизма Бернштейн дополнил критикой бланкизма, под которым он имел в виду идею революционного захвата власти пролетариатом и установление его диктатуры. Бернштейн оспорил ее необходимость для построения социалистического общества. Он обратил внимание на то, что рабочий класс нельзя определить общим, нерасчлененным понятием «пролетариат», поскольку ему присуще ярко выраженное социальное расслоение. Бернштейн подчеркивал, что современные наемные рабочие не представляют собой однородной массы. Ее дифференцированность приводит к существенным различиям в способах занятий и высоте заработка, что отражается в ином образе жизни и различных жизненных требованиях. Из этого Бернштейн делал вывод: «Стремление промышленных рабочих к социалистическому производству является скорее предположением, нежели достоверным фактом»[46]. Поэтому Бернштейн полагал, что захват политической власти социал-демократией не может привести к социализму. Различия в рядах рабочего класса, если это случится, обернется непримиримыми противоречиями.

Для марксистов завоевание власти пролетариатом только прелюдия к обобществлению собственности. Но, по Бернштейну, национализация обречена на неудачу, поскольку, по его мнению, государство никогда не в состоянии было бы взять на себя всю массу средних и крупных предприятий. Причина этого, как полагает Бернштейн, в том, что государство не смоглобы создать соответствующий экономически-административный аппарат. Опыт СССР показал, что государство все же может взять на себя монопольное управление всем производством и распределением. Но обеспечить эффективное функционирование народного хозяйства не в состоянии.