Новая структурная трансформация публичной сферы и делиберативная политика

Концепция делиберативной политики, восходящая к раннелиберальному миру идей домартовского39 либерализма, но получившая развитие лишь в условиях социального государства, зарекомендовала себя прежде всего потому, что она объясняет, как в плюралистических обществах, не имеющих общей религии или мировоззрения, вообще возможны политические компромиссы на фоне некоего интуитивно найденного конституционного консенсуса. С секуляризацией государственной власти возникла брешь в легитимации. Поскольку в современных обществах легитимирующей силы веры в божественное призвание правящих династий уже недостаточно, демократическая система должна была в определенном смысле легитимировать себя сама, а именно стать производящей с опорой на легитимность силой юридически институционализированной

процедуры демократического формирования общественной воли. На смену религиозным представлениям о легитимности пришли не какие-то новые идеи, а процедура демократического самоутверждения (Selbstermachtigung), которая для того, чтобы ее могли осуществлять свободные и равноправные граждане, институционализируется в виде равномерно распределяемых субъективных прав. На первый взгляд, довольно загадочной представляется идея о том, что из этой юридически закрепленной процедуры демократического формирования общественной воли, из простой «законности» должна вытекать всенародная убедительная

«легитимность». В значительной степени это объясняется тем значением, которое эта процедура приобретает в глазах участников политического процесса, – своей убедительностью она обязана невероятному сочетанию двух предпосылок: с одной стороны, процедура требует включения в качестве полноправных участников процесса формирования политической воли всех, кого затрагивают возможные решения. С другой стороны, она ставит решения, принимаемые демократическим путем, то есть всеми гражданами, в зависимость от более или менее дискурсивного характера предшествующих

обсуждений. Таким образом, инклюзивное формирование общественной воли зависит от силы обоснований, к которым апеллируют участники в ходе предварительного формирования общественного мнения. Инклюзия

отвечает демократическому требованию равного участия всех, кто вовлечен в принятие политических решений, в то время как фильтр делиберации отвечает ожиданиям разумно выверенных, жизнеспособных политических решений и гарантирует презумпцию рационально приемлемого результата. Эта презумпция, в свою очередь, обеспечивается фактическим требованием, чтобы в ходе обсуждений, готовящих к принятию решения большинством голосов, рассматривались по мере возможности все актуальные проблемы, необходимая информация и пригодные альтернативные предложения с аргументами «за» и «против». И именно этим требованием свободного обсуждения объясняется центральная роль политической публичной сферы40. Впрочем, это отвлеченное соображение находит историческое подтверждение в том, что сначала в Англии, затем в США, во Франции и других европейских странах одновременно с либеральной демократией образовалось нечто вроде «буржуазной публичной сферы».