Новая цель. Как объединить бережливое производство, шесть сигм и теорию ограничений

— Ты сейчас сказал о двенадцати процентах прироста выпуска. Поче­му же я не вижу соответствующего увеличения нашей чистой прибыли?

— Потому что нам еще есть над чем работать! — запротестовал Уэйн. — Наша следующая цель — участок сборки, затем, возможно, об­лицовки, а затем комплектация и отгрузка. Мы же не можем заниматься всем одновременно!

—Хорошо, — согласилась с его доводами Эми. — Но можно ли сказать, что в течение года мы увидим значительное улучшение, которому будут соответствовать финансовые результаты?

— Да, разумеется, я верю, что именно так и будет. Я хочу сказать, что в данном случае не все зависит от меня или от работы Оуктона, но если нас поддержит отдел продаж, мы сможем показать рекордные результа­ты в четвертом квартале. По крайней мере, для этого все будет готово.

— Ты уверен? — спросила Эми. — Потому что сейчас еще не поздно предупредить Найджела о возможных проблемах.

Уэйн отрицательно покачал головой.

— Разумеется, окончательное решение остается за тобой, но, насколь­ко я знаю Найджела, он не отнесется доброжелательно к идее отступле­ния. Если он окажется слишком нетерпеливым и потребует жесткого контроля над издержками, это поставит под угрозу все то, что нам уже удалось сделать для повышения сбалансированности линии.

Эми кивнула и сжала губы, чувствуя нарастающее внутреннее напря­жение.

—Я подумаю об этом, — сказала она. — Но хочу сказать тебе еще одну вещь. Пока у нас нет кубиков, постоянно показывающих одно и то же значение, пока в нашей работе присутствует неустойчивость и пока у нас существует взаимозависимость — есть ли у нас необходимость в систем­ном ограничении?

— Системном ограничении?

— Да, мой... друг Том сказал, что оно может быть необходимо на дан­ном этапе.

На долю секунды Уэйн напрягся и едва справился с тем, чтобы не по­казать, насколько удивлен услышанным. Ее... друг. Том. Летчик. Разуме­ется, большой специалист в области производства высокотехнологичных композитных материалов. Уэйн сел на свое место.

— Эми, расслабься. Мы уже думали об этом. Всё под контролем.

— Правда?

— Да, мы собираемся выделить на линии М57 процесс, задающий ритм.

— Задающий ритм? Что это значит?

— Это то же самое, что системное ограничение. Точнее, это то, что слу­жит той же цели. Процесс, задающий ритм, делает именно то, что сфор­мулировано в его названии, — он задает ритм для всего потока создания ценности. Это единая отправная точка для создания графиков по всей системе. Все запасы этого процесса вытягиваются к нему. А весь поток создания ценности после него продолжает двигаться с обычной равно­мерной и удобной скоростью.

Представив все, о чем говорил Уэйн, Эми согласно кивнула, но затем у нее возник вопрос:

— А почему линия М57? Почему именно она определяет все остальные графики работ? Кроме того, я думала, что вы уже закончили работу с М57.

— Мы с Куртом долго спорили по этому вопросу. Было не совсем ясно, где именно найти процесс, задающий ритм. Для изделий, поступающих на склад, процесс должен был находиться ближе к этапу финальной сбор­ки, на котором все детали соединяются воедино. Но часть производимой нами продукции не требует сборки. Готовые детали, выходящие из ав­токлава, сразу же направляются в облицовку или напрямую в комплек­тацию.

— Понимаю, — снова кивнула Эми.

— Соответственно, нет особого смысла концентрироваться на процес­сах в области финальной сборки. Кроме того, мы зарабатываем прибыль и частично обеспечиваем основной объем выпуска за счет кастомизиро­ванных[33] продуктов. И в этом случае нам требуется процесс, задающий ритм и находящийся где-то на более раннем этапе, например на стадии

создания окончательной спецификации. Поэтому я считаю, что лучшим местом для изучения как раз и является линия М57. Таким образом, нам не придется перегружать систему — делать линию несбалансирован­ной — и снижать уровень эффективности, которого нам уже удалось до­стичь на М57.

— Ты упомянул об автоклаве, — напомнила Эми. — Если я правильно помню, Мерфи Магуайер говорил, что «Годзилла» является системным ограничением. То есть этаким настоящим бутылочным горлышком?

Это замечание явно задело Уэйна.

— Эми, пойми, что мы проектируем Оуктон для будущего, а не для прошлого. Автоклав — который я предпочитаю называть его правиль­ным названием, то есть АС-1240, — является настолько проблемным элементом с точки зрения бережливого производства, что в какой-то мо­мент нам придется заменить его чем-то другим. Так почему я должен по­зволять какому-то потенциальному куску металлолома, ориентирован­ному на работу с партиями, диктовать нам время такта? Мы не можем позволить себе, чтобы наше производство ориентировалось на техноло­гии или мышление вчерашнего дня!

Слушая Уэйна, Эми начала понемногу расслабляться. Очевидно, Уэйн Риз знает что делает, подумала она и решила дать ему возможность про­должать начатое, но уже с развязанными руками.

— Хорошо, — сказала она. — Я все поняла. Действуй в том же направ­лении.