Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет)

Повеление иди обращено к всаднику, который появляется с открытием первой печати (как и в ст. 3,5,7). Многие комментаторы видят в победоносном всаднике Христа и связывают этот отрывок с видением возвращения Господа в 19:11 — 12. Однако единственным общим элементом в этих двух картинах является белый конь, символ победы. Ряд комментаторов полагает, что всадник представляет триумфальное шествие Евангелия и цитирует Мк. 13:10 (2 Фес. 2:7 тоже интерпретируется подобным образом). Тем не менее, ввиду очевидного сходства четырех всадников, по–видимому, более естественно толковать их как символизирующих суды. Первый из них, вероятно, указывает на неодолимую военную силу.

6:3—4 Вторая печать

Всадник на рыжем коне тоже символизирует военную силу. Если попытаться найти различие между ними, то с лингвистической точки зрения первого всадника можно сопоставить с армией, которая оккупирует другие страны, а второго — с силами, которые разрешают конфликты, в том числе между странами, а возможно, и внутри страны путем гражданской войны (чтобы убивать друг друга). Двойное упоминание войны отмечается в Мк. 13:7—8 и параллельных текстах.

6:5—6 Третья печать

Всадник на вороном коне символизирует голод. Мера (весы) в его руке указывают на нехватку, дефицит продовольствия, а приводимые цены — чрезмерно высокие, недоступные. Динарий составлял дневной заработок поденщика (ср.: Мф. 20:1—2). Хиникс пшеницы — хлебная мера, необходимый ежедневный рацион человека. Три хиникса ячменя — небольшое дополнение к питанию, но в целом недостаточное. С другой стороны, повеление не повреждать елея и вина отражает заботу о тех, кто может позволить себе их употребление. В 92 г. острый дефицит зерна наряду с обилием вина в империи побудил императора Домициана издать указ о сокращении площадей виноградников и расширении площадей посева зерновых; этот указ вызвал такую бурю негодования, что его вынуждены были отменить. В данном тексте, возможно, имеется в виду эта ситуация.

6:7—8 Четвертая печать

Четвертый всадник означает смерть, но, вероятно, особую смерть — от язвы (букв. бубонная чума). Иезекииль говорит о четырех карах Божьих: мече (5:12), голоде, лютых зверях и язве (5:17); в греческом последнее слово (язва) переводится как смерть (возможно, используемое Иоанном в 2:23 и в 18:8 слово «смерть» — это перевод «язвы»). Ад следовал за ним — это напоминание, что смерть — это не конец; грешников ожидает суд (ср.: Евр. 9:27–28).

6:9—11 Пятая печать

Души убиенных были под жертвенником, потому что они как бы принесены в жертву (ср.:Флп. 2:17; 2 Тим. 4:6). Это излюбленная идея еврейского сознания. Рабби Акиба учил: «Тот, кто похоронен в земле израильской, как бы похоронен под жертвенником, поскольку вся земля израильская уподоблена жертвеннику; тот, кто покоится под жертвенником, пребывает как бы под престолом славы». В свете 12:17 свидетельство, которое они имели, есть свидетельство Иисуса (см. также: 1:2 и 19:10).

10—11Белые одежды, которые даны им, вероятно, представляют их оправдание через Христа перед лицом обвинения мира, и как таковые эти одежды есть знак и залог славы, которая ожидает их при первом воскресении (20:4–6). Это видение мучеников составляет неотъемлемый элемент судов Господних, поскольку получен ответ на молитву о справедливости (10) и конец приблизился.

6:12—17 Шестая печать

Описание космических знамений конца света дается в целом ряде ветхозаветных текстов, где говорится о Дне Господнем (напр., великое землетрясение есть признак конца времени, ср.: Иез. 38:19—20; солнце стало мрачно как власяница, а луна сделалась как бы кровь, см.: Ис. 13:10; Иез. 32:7— 8; Иоил. 2:10; 3:15; о падающих звездах и небе, которое сворачивается, как свиток, см.: Ис. 34:4; о людях, скрывшихся в ущельях скал, см.: Ис. 2:10; о молитве к горам см.: Ос. 10:8). Эти знамения указывают не на приближение конца, но на то, что он уже наступил (так и в ст. 17: пришел великий день гнева Его). Первоначально эти признаки образным языком выражали тот ужас, который охватит всю вселенную перед величием Творца, Который грядет судить и спасать (см., в частности: Авв. 3:6—11). Таким образом, они были призваны усилить чувство благоговейного трепета перед Господом в момент Его явления во славе.