Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет)

Примечание. Тысячелетнее царство Христа. «Сковывание» сатаны на тысячу лет совпадает с тысячелетним царством Христа (20:4), которое получило название «миллениума» (от лат. mille — тысяча), а учение о миллениуме называется «хилиазм» (от греч. chilias — тысяча). Ограничение царства Мессии временем тысячи лет в Ветхом Завете не отмечается, но царство, которым управляет Мессия, обычно представлено как царство этого мира, центр которого расположен в Иерусалиме. В Ис. 65:17—25 и 66:22—23 говорится о сотворении нового неба и новой земли, однако царство Божье описывается полностью на языке представлений этого мира (ликующий Иерусалим, человеческое долголетие, устойчивая обстановка в домах и на полях, счастливое детство, мирные животные). Некоторые авторы апокалиптических произведений акцентируют такое представление о новом творении; так в среде иудеев стало обычным различать царство Мессии в этом мире и царство Божье в новом мире (хотя не без Мессии). Среди раввинов существовали самые разнообразные точки зрения на продолжительность мессианского царства. Высказывались предположения, что оно охватит последние сорок лет (в соответствии с годами, проведенными Израилем в пустыне), или 400 лет (время пребывания Израиля в Египте), или 4000 лет (от сотворения поныне). По другим предположениям, оно должно длиться 365 дней (в Ис. 63:4 говорится о «дне» мщения и «годе» искупления) или 365 000 лет (в Пс. 89:5 — о том, что для Бога тысяча лет как один день). Такие представления близки взгляду на историю как на повторение недели творения: поскольку за шестью днями творения последовала суббота покоя Бога, так и шесть дней человеческой истории могут завершиться субботой истории — царством Мессии, за которым последует бесконечный восьмой день, вечность. Эта точка зрения представлена в 15–й главе Послания Варнавы (христианский автор, современник Откровения). Для Иоанна «тысяча лет», вероятно, указывает на характер царства Христа, а не на его продолжительность, то есть свидетельствует о его природе как о субботе человеческой истории. Это выражение служит связующим звеном с учением иудеев о царстве как субботнем покое, который ожидает народ Божий (Евр. 4). Несомненно, Иоанн мог подтвердить такое толкование параллельными местами Писания: Иез. 36 — 48, где национальное возрождение Израиля при Мессии, новом Давиде (гл. 36—37), сменяется восстанием Гога (гл. 38—39) и обетованием о новом Иерусалиме с новым храмом (гл. 40–48). Молитва, которой Иисус обучал Своих учеников, может представлять еще больший интерес в этом отношении («Да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе»; Мф. 6:10); Иоанн, несомненно, знал и заповеди блаженства («Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. <…> Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю»; Мф. 5:3, 5).

Представление Иоанна о царстве Христа сопоставимо с представлением о нем Павла (1 Кор. 15:22—25) и указывает на близость позиций в ранней Церкви по этому вопросу. Но этим традициям ранней Церкви противостоят концепции некоторых христианских руководителей, склонных к более экстравагантным трактовкам царства Христа. Так, Августин толковал миллениум как период в жизни Церкви между первым и вторым пришествиями Христа, и это стало официальным учением и католической церкви, и церквей Реформации. Хорошим примером такого толкования служит комментарий к Откровению, написанный Хендриксеном (More than Conquereors, IVP, 1939); он отождествляет сковывание сатаны (20:1—3) с его изгнанием с небес (12:9), тысячу лет правления Церкви (20:4—6) с периодом триумфального свидетельства (11:2—6; 12:14—15); появление войска Гога и Магога (20:7—9) с преследованием Церкви антихристом (11:7–10; 13:7–8), последующий разгром этих армий (20:9) с Армагеддоном (19:19–21), а последний суд (20:11–16) с мессианским судом (14:14—20).