О бочках меда и ложках дегтя

Глава 2. СВОЙ СРЕДИ ТУПЫХ. ИЛИ ПРОДАЖНЫХ?(кто управляет РАО «ЕЭС России»?)

Вопрос, что называется, на засыпку: чьими голосами может быть введен в совет директоров акционерного общества его будущий председатель, если более пятидесяти процентов акций этого акционерного общества принадлежит государству?

Ответ, выявленный в свое время Счетной палатой России, мог бы стать событием общественного значения и стал бы таковым в любой другой стране. Но не у нас — для нас это оказалось нормой. Эта «норма» такова, что о ней стоит напомнить: в совет директоров РАО «ЕЭС России» А.Чубайс на собрании акционеров, состоявшемся 4 апреля 1998 года, был введен голосами ... исключительно иностранных акционеров, преимущественно (более двух третей от общего числа голосов, поданных «за») — голосами такой небезызвестной организации, как «The Bank of New York I.N.».

Вопросы для самопроверки: чьи интересы этот член совета директоров отстаивает в российском энергетическом монополисте? И главное: что это за интересы, если от того, что супергигантом управляет их ставленник, иностранные акционеры никакой легальной коммерческой выгоды не получают: ни роста курсовой стоимости акций, ни реальных дивидендов?

Дополнительная информация: на момент составления списка участников собрания акционеров пятнадцать из семнадцати иностранных юридических лиц, голосовавших за нашего «героя», включая давший основные голоса вышеупомянутый «The Bank of New York I.N.»,... вообще не являлись акционерами РАО «ЕЭС России». Соответственно, по закону они и не имели права голоса на этом собрании акционеров. Но коллегия представителей государства во главе с С.Кириенко и Председатель собрания акционеров Е. Ясин сделали вид, что не замечают нарушения закона, и предоставили этим иностранным юридическим лицам право голосовать. Благодаря чему иностранные компании получили возможность ввести А. Чубайса и Б. Бревнова (ради рассмотрения информации о злоупотреблениях которого и созывали собрание) в состав Совета директоров РАО...[1]

И еще пара вопросов. Как коллегия представителей государства в РАО «ЕЭС России» во главе с гражданином С. Кириенко, представлявшая государство — держателя более половины акций РАО, после этого могла избрать прямого ставленника зарубежного капитала на пост председателя совета директоров российского стратегического монополиста? Можно ли хотя бы даже представить подобное в США, Франции, Германии, Китае? И как представители государства после этого (или даже независимо от того) допустили введение в Устав РАО нормы о практической невозможности смещения этого руководителя со своего поста, что бы он ни вытворял?

Стоит ли после этого удивляться:

— постоянному росту тарифов на электроэнергию;

— веерным отключениям электроэнергии у потребителей, включая значимые социально (больницы) и стратегически (военные объекты);

— отсутствию у государства реальных доходов от своей собственности — контрольного пакета акций РАО «ЕЭС России»;

— реформированию РАО «ЕЭС России», по существу, эквивалентному даже не его уничтожению как предприятия-монополиста, а ликвидации всей высоконадежной единой электроэнергетической системы страны — одного из немногих безусловно положительных факторов для развития всей нашей экономики (подробнее об этом — см. ниже «О введении в России конкуренции между разными сигналами светофора...»)?

Глава 3. БЕРИ И ВЛАДЕЙ!(местное самоуправление в «Газпроме»)

Не менее показателен и другой пример: как Правительство управляет контрольным пакетом акций еще одного нашего гиганта — РАО «Газпром». Так же, как и РАО «ЕЭС России», «Газпром» периодически оказывается в центре тех или иных скандалов. Журналисты увлеченно демонстрируют потрясенным зрителям и читателям схемы увода компанией каких-либо активов или платежей, но при этом ни слова не говорят о том, почему же это оказывается возможно, да еще и всегда — совершенно безнаказанно? Так почему?

НОРМАЛЬНЫЕ ГЕРОИ ВСЕГДА ИДУТ В ОБХОД

Контрольный пакет акций «Газпрома» (около тридцати семи процентов) принадлежит государству. Как государство управляет этим пакетом? Очень просто.

У нашего Правительства, разумеется, много других важных дел — не до таких мелочей, как управление госпакетом акций какого-то там «Газпрома». И пакет в тридцать пять процентов акций «Газпрома» был после осеннего 1993 года переворота (договор был окончательно подписан в феврале 1994 года) просто передан нашим Правительством в прямое нарушение Конституции и действовавших законов в доверительное управление иному субъекту.

В чем же здесь нарушение Конституции — той самой, во имя которой наш тогдашний Президент Б.Ельцин и его «правительство реформ», как нас пытались в этом убедить, были просто «вынуждены» совершить государственный переворот?