О дохлой кошке и живых котятах

– Я пошутил. Кошке совершенно все равно, девочек или мальчиков она родила. А вот у людей совсем иначе: в традиционных культурах мальчиков всегда предпочитали девочкам.

– Но почему? Это же несправедливо! – возмутилась Аля. – И ты тоже? Ты тоже хотел мальчика?

– Нет, мне было все равно – ты же знаешь, один сын, Кирилл, у меня уже был, а вот у твоей мамы, когда мы поженились, была ты, а мальчика у нее еще не было. Поэтому, когда родился твой младший брат, больше всех радовалась мама. Что касается меня, я очень рад, что у нас в семье есть девочка, – утешил Алю отчим. – Но если говорить о культурных традициях… практически повсеместно – от эвенков до китайцев, все хотели иметь много сыновей. Рождение сына связывали с удачей, богатством, а рождение девочки обещало только лишние расходы…

– Но это просто дискриминация! – воскликнула Аля.

– Ишь ты, какие слова знаешь! – восхитился отчим. – Но в старые времена это всем казалось вполне справедливым.

С днем рождения!

До нашего времени у многих народов к новорожденным девочкам и мальчикам относятся по-разному: мальчики чаще бывают желанными, и их появление на свет отмечается с большим размахом, тогда как рождение девочки нередко повергает родителей в уныние. Сыновья – продолжатели рода, носители фамилии, надежная опора в старости. И в России, и в Западной Европе они являлись наследниками титула и недвижимости – прежде всего, земли. Так, по русскому законодательству женщина не могла владеть пахотной землей. Только мужчины, достигшие восемнадцати лет, могли получить земельный надел, а когда они вступали в брак, община давала им дополнительный надел. В этих условиях, если у родителей рождались одни девочки, получалось, что количество ртов в семье возрастало, а земли не прибавлялось. Более того, если мужчина, не имеющий сыновей, умирал, его земля переходила не жене и дочерям, а родственникам мужа.

В Афинах при рождении сына счастливые родители украшали двери дома оливковыми ветвями, в Иерусалиме – бегали по улицам, громко восклицая: «У нас родился сын!». А у цыган о рождении ребенка сообщал не сам отец, а родственницы по женской линии – они обходили шатры с ведром воды и брызгали водой на людей и утварь. Хозяева желали ребенку здоровья и счастья и, если это был мальчик, бросали в ведро золотые или серебряные монеты в подарок новорожденному.

Если в семьях китайцев, монголов, бурятов и калмыков все родившиеся сыновья умирали в раннем младенчестве, родители шли на хитрость, и, чтобы обмануть духов, нарекали новорожденного сына женским именем и одевали в женскую одежду.

– А я бы хотела, чтобы у меня было двое детей – мальчик и девочка, – вставила Аля.

– Я думаю, недалеко время, когда ученые смогут это регулировать. Не уверен, что это так уж хорошо, – вздохнул отчим. – Во всем мире множество людей, как в древности, предпочитали бы рожать сыновей. И тогда очень скоро оказалось бы, что не хватает женщин, некому рожать детей… Природа очень мудра, поэтому обычно у людей рождается приблизительно одинаковое количество мальчиков и девочек.

– Я знаю, что будет, если все будут заказывать мальчиков! – засмеялась Аля. – Невеста будет страшно дорого стоить!

– Да, да! И мы с мамой страшно разбогатеем, взяв за тебя огромные деньги! – пошутил отчим.

Аля задумалась. Ей такое предложение не понравилось.