О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

Так что, похоже, и консерваторы не нашли способа объяснить, в чем и как Христос Своими Страстями нас спас? Тупик остается по-прежнему беспросветным, губительным для веры. Нам продолжают навязывать чудовищный образ Бога-Отца, такой, какой сегодня уже никого не устроит.

Но даже если такой возврат к старой теологии и обречен заранее на поражение, это не обесценивает ни в коем случае ту истину, что Христос — не просто один из множества мудрецов и учителей. Христианская вера состоит в том, что Он Спаситель мира. Тексты Писания говорят об этом ясно! При рождении Христа, по евангелисту Луке, ангелы возвестили пастухам: «ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь» (Лк 2: 11). И в Первом Послании Иоанна читаем: «И мы видели и свидетельствуем, что Отец послал Сына Спасителем миру» (1 Ин 4: 14). И Апостол Павел в Послании к Титу использует те же слова: «ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа» (Тит 2: 13). Символ веры явственно вторит Писанию: «Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес… Расяпятого же за ны при Понтийстем Пилате…».

И значит, должен быть совсем иной подход к пониманию тайны нашего Искупления. В этом старое богословие не ошиблось. Есть, очевидно, какая-то связь между деяниями Христа как Спасителя и Его страданием, Его Страстями. Просто то объяснение, что дали нам богословы, не годится. Должно быть какое-то другое. Это и будет предметом моей книги. Я попробую дать вам собственное толкование, и оно будет гораздо ближе к фантастическому откровению Божией Любви и в гармонии с новейшими научными представлениями. Излагая вам подобные богословские выкладки, я вполне убежден, что ничего не изобретаю, а лишь обращаю ваше внимание на другую традицию, не прерывавшуюся в церкви со времен Евангелий. Она соответствует тому, что нередко переживали мистики и о чем они нередко говорили, хотя их не очень хотели слышать. Конечно, представленный здесь синтез нельзя считать окончательным. Конечно, и его однажды оставят позади и разовьют дальше те или другие аспекты. Но мне кажется, что он ближе к откровению Божией Любви.

Чтобы лучше понять, в чем Христос нас спас, мне кажется необходимым внимательнее всмотреться в то, от чего Он нас спас. Поэтому сначала мы сделаем еще один обзор, чтобы лучше понять, как же функционирует наш мир. Не бойтесь, мы не удаляемся от основной темы. Не торопитесь, постепенно, я уверен, вы начнете догадываться, куда я хочу вас вывести.

<emphasis>Глава 4</emphasis> Вселенная — это силовое поле

Пришло время углубиться в тайну жизни и в тайну мира. Это позволит нам избежать впадания в библейскую мифологию, к которой, видимо, так тянет богословов-неоконсерваторов. Позже вы увидите, что и я тоже, не изменяя традиции, верю в первостепенную важность этой «солидарности» со всеми людьми. Мне просто кажется, что ее можно объяснить способом, гораздо более приемлемым для сегодняшнего человека, в полном согласии с современным научным знанием. А оно стремительно менялось в ходе ХХ века, открывая новые перспективы в самых разных областях. Нам начинает приоткрываться совершенно новое представление о мире, и оно чудесным образом согласуется с интуициями многих мистиков. Итак, мы беремся здесь за новую тему, которая уведет нас вроде бы далеко от того, о чем прежде шла речь, и в то же время подведет вплотную к тайне Страстей Христовых и поможет понять ее лучше, чем все аристотелевские категории. Итак, мы попытаемся проникнуть в подкладку мира, в его изнаночную сторону, невидимую для глаз, но реально существующую, самую важную, в которой завязывается все самое существенное, оборотную сторону ковра, у которого мы замечаем лишь лицевую часть.

Взаимосвязанные частицы

Наука постепенно, шаг за шагом, открывает феномены, предполагающие не известные прежде силы, не диагностируемые пока что нашими приборами, и при этом очевидно действующие в нашем материальном мире. Начнем со случая с так называемыми «запутанными» или «коррелирующими» взаимосвязанными частицами. Феномен этот был предсказан Эйнштейном еще в 1927 году, а несколькими годами позже о нем вышла статья в «Physical Rewiew», подписанная Эйнштейном, Подольским и Розеном. Этот феномен ныне известен как «парадокс ЭПР (Эйнштейна — Подольского — Розена)». Экспериментально эту теоретическую возможность удалось подтвердить в 1982 году команде Алена Аспе в Институте оптики в Орсе.