О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

По теории относительности Эйнштейна, «никакой сигнал не может распространяться быстрее скорости света. Следовательно, бывают случаи, когда можно быть уверенным, что два события никак не влияют друг на друга. Это бывает, когда два события отдалены в пространстве, но сближены во времени так, что свет не успевает их связать». Именно такое существование противоположных случаев и подтвердил опыт Аспе. Этьен Клайн так излагает выводы, которые можно из этого сделать: «Нам придется принять очень романтическую, по сути, идею, что два фотона, взаимодействовавшие в прошлом, образуют неделимое целое, даже когда они отдалены один от другого!»[86] А значит одно может влиять на другое даже на расстоянии, какая бы дистанция их не разделяла, даже если она измеряется в световых годах.

Но какова же эта сила, действующая быстрее света и не совпадающая ни с переносом энергии, ни с передачей сигнала? Об этом мы ничего не знаем. Ни один из наших приборов не может ее уловить. Мы можем только констатировать ее воздействие и из этого вывести, что она существует. Бернар д’Эспаньят приходит на основании вышесказанного к такому заключению: «Следовательно, сами факты вынуждают меня признать взаимосвязанность таких-то и таких-то случаев между собой; у меня нет достаточных оснований не верить этому и во всех тех случаях, когда квантовая механика предполагает их существование. Поскольку квантовая механика является общей теорией атомов, а „мир состоит из атомов“, то мне придется признать, что такая взаимосвязанность оказывается всеобщим фактом»[87]. Итак, эти силы, по сути, составляют подоплеку той сети атомов, которые и образуют Вселенную. Здесь меня больше всего интересует сама эта теория невидимых, но ощутимо действующих в мире сил. Конечно, речь идет всего лишь о передаче информации. Но ведь, с точки зрения современных ученых, информация как раз и играет ключевую роль.

Морфические поля

По сути, речь тут пойдет о целом комплексе научных исследований в самых разных областях, никак не связанных друг с другом, но на выходе дающих удивительные переклички. В 1974 году Ж.-Л. Маки озвучил самые первые подступы к проблеме: «Обычно нас удовлетворяют отношения причины и примыкающего к ней следствия, но удивляет мысль о „воздействии на расстоянии“, сквозь толщу пространства или времени, и все-таки эту мысль мы не отбрасываем. Наше обыденное представление о причинности не требует обязательного, абсолютного наличия такого примыкающего соседства; если мы скажем: „А вызвало В через пространственный или временной интервал, без посреднических действий“, то это никак не будет противоречить нашему понятию причинности»[88].

Теория Руперта Шелдрейка (доктора биохимии Кембриджского университета и исследователя из Лондонского Королевского общества (Royal Society)) с годами менялась и развивалась. Исходной точкой стало признание того факта, что некоторые тела, обладающие близкими частотами вибраций, могут входить в резонанс. Его гипотеза, подкрепленная определенными данными, состоит в том, что такой резонанс может иметь место независимо от пространственно-временной разделенности тел. Среди исследований, на мой взгляд, наиболее последовательно развивающих эту гипотезу, самым интересным мне представляется опыт с крысами, который вот уже более тридцати лет проводят между Шотландией и Австралией. Уильям Мак Дугалл пытается показать, что передача знаний возможна и генетическим путем, через наследственность, чем для него подтверждается модификация крысиных генов наподобие ламарковской. Его крыс погрузили в водный лабиринт, из которого им нужно было найти выход. Через 30 поколений средняя погрешность (связанная с возможностью неправильных ответов) была сведена со 165 до 20. Другие исследователи подхватили эксперимент, ровно в тех же самых условиях, но уже с крысами, никак генетически не связанными с теми, с которыми экспериментировал Дугалл. И вот уже с самого начала средняя погрешность была 25, а некоторые крысы вообще не совершали ошибок. Этот опыт воспроизвели затем в Мельбурне, в Австралии, и результаты были те же самые[89]. Все это можно будет объяснить, если мы примем гипотезу морфических полей, не знающих ни пространственных, ни временных границ.

В одном из своих докладов в Париже в 1990 Руперт Шелдрейк рассказал о похожем случае у синиц. Одну из них обучили пробивать клювом крышки на бутылках с молоком, которые молочник в Англии оставляет перед дверями частных домов. Спустя некоторое время и другие синицы начали делать то же самое примерно по всей Британии, а вскоре и в других странах, в Дании, Швеции, Голландии, при том, что общение птиц между собой тут исключено[90].