О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

И даже странно, что при этом церковь во Франции все-таки продолжает в социальном плане играть немаловажную роль, несмотря на свою малочисленность. Здесь она, благодаря своему славному прошлому, вроде бы по-прежнему занимает в обществе престижное положение (сколько это еще продлится?), которое, правда, сегодня уже ничем не удостоверено. Конечно, есть тут и исключения, несколько церквей и приходов, где и в самом деле бурлит жизнь. Но, помимо благоприятных впечатлений от таких живых мест, в целом, цифры не лгут. Мне кажется, что нужно вас с ними познакомить. На последней ассамблее католических епископов Франции в Лурде в 2009 кардинал Барбарен, архиепископ Лиона признавался: «Я рукополагаю двух священников за год, а хороню двадцать»4. Но взглянем на эти события в более общей перспективе.

Цифры

В 1901 году во Франции было 55 000 священников при численности населения 40 710 000 жителей. В 1950 их было уже не более 43 000. В 1965 – 40 995 приходских священников, без учета количества монахов. Пять лет спустя, в 1970, 37 555, все также без монашествующих. В 1995 мы насчитываем уже всего 28 780 священников, и на этот раз уже с учетом монашествующих, а в 2007 году – только 20 000. В 2009 их становится уже не более 19 640, включая монахов, причем половина их них – люди, которым за 75 лет. Мы видим, что к 2020 году количество священников сократится до 6 000. Какие бы новшества ни вносились в управление приходами и епархиями, какие бы права не доверялись мирянам, эти цифры говорят о том, что людей в церкви становится все меньше и меньше. Вы видите, что эта тенденция даже нарастает. Ни плодотворная деятельность Иоанна Павла II, ни Всемирные дни молодежи, не смогли остановить это снижение численности. И это при том, что Ватикан следит за тем, чтобы общее число католических священников в мире, в целом, оставалось неизменным. Католическая церковь, говорят нам, продолжает успешно развиваться в «развивающихся странах», что в статистическом плане вроде бы уравновешивает падение численности в странах христианской традиции. Но неизменная численность в мире, население которого с каждым годом заметно увеличивается, это уже шаг назад. Кроме того, утрата влияния во всех странах в сфере образования вряд ли может считаться признаком жизнеспособности или приметой будущего. Стоит еще отметить тот факт, что в Латинской Америке, от Мексики до Аргентины, католичество все больше и больше вытесняется евангелическими церквями, и тенденции эти лишь ускоряются5.

Во Франции, если мы возьмем за точку отсчета рукоположения священников, статистика будет еще более красноречивой. В 1830 году было рукоположено 2 357 новых священников при населении в 33 миллиона человек. В 1901 – 1 733 на 40 миллионов французов. Посмотрите, как неуклонно падает численность в последующие годы: 850 в 1955, 646 в 1965, 161 в 1975, 96 в 1995, 83 в 2010. В тот год 45 епархий вообще не получили новых священников. Не нужно быть медиумом, чтобы предсказать, что при нынешнем положении дел в церкви в следующем году не будет слишком много желающих поступить в семинарию. Сегодня таких желающих едва наберется сотня в год, и это при том, что общее число населения нашей страны в метрополии сегодня около 62 миллионов человек, и более 50 миллионов из них – из семей католической традиции. Франция, прежде занимавшаяся экспортом священников, теперь практикует импорт. Около 1 500 иностранных священников несут служение во Франции. С небольшим опозданием «развивающиеся страны» догоняют ее в той же самой эволюции.

К сожалению, нашим епископам все еще не приходит в голову рукополагать женатых, как это с самого начало принято в православной церкви, и это при том, что Сам Христос избрал св. Петра быть главой Своей церкви, а ведь Петр был женатым главой семейства, как, видимо, и большинство апостолов. Но нет! Пирамида Римской церкви столь совершенна, что никакие изменения не могут в нее просочиться, если только они не идут от самого Рима. Иоанн Павел I попытался было что-то сделать, но не вышло: почти сразу его убили6. Последняя версия (весьма нелепая, кстати), гуляющая по Риму, объясняет эту смерть тем, что Папа якобы понял, что Святой Дух ошибся, избрав его, и ему стало ясно, что бремя такой власти для него самого слишком тяжело. И тогда он сознательно отказался от приема лекарств, которые для него были жизненно необходимы. В целом, произошло что-то вроде пассивного самоубийства – по ватиканским законам человека, совершившего такое, нельзя даже отпевать.