О мире и о войне. Воспоминания моей бабушки

     В 30-х годах прошлого века Керчь делилась на 4 района: Горка (на склонах сердца Керчи – горы Митридат), Солянка (где находился судоремонтный завод), Корецкий хутор (переходил в деревню) и Центр (где и жила семья Лиды).

     Весной все школьники бегали на Митридат, а когда начинали цвести тюльпаны –  отправлялись пешком через степь и доходили до Азовского моря (Керчь стоит на полуострове, разделяющем Черное и Азовское море).

   Через Керченский пролив ходили паромы на Кавказский берег.

     Там, в Темрюке, был Лидочкин пионерский  лагерь,  куда она поехала после 3-го класса (кстати, проведывать ее приезжал только папа). От этого периода жизни навсегда остались в памяти обширные виноградники, полные янтарно-желтым виноградом.

     В лагере Лида впервые стала свидетелем настоящей трагедии: паренёк постарше повис на дереве и зацепил сучком артерию. Девочка отчетливо видела, как с локтевой ямки у него фонтаном забила кровь. Хорошо, что вовремя подоспела медсестра: сразу, профессионально, наложила жгут и отправила пострадавшего в больницу.

     С наступлением весны, на зеленых склонах Митридата разворачивалось еще одно ежегодное, традиционное действо: устраивались кулачные бои («стенка на стенку»). Начинали  их дети (в качестве разрешения споров за территорию, за район), чуть не первоклассники, а заканчивали взрослые бородачи. На эти бои ходили смотреть все, кто не участвовал: кричали, «болели» по-настоящему, как на футболе.

     Вечером все – «и стар и млад» – выходили на улицу.

     Но появляться на чужой территории (районе) никому  не рекомендовалось.

     Первый поклонник у Лидочки появился  в 6 классе (я думаю, что новые, «всамделишные» туфли сыграли не последнюю роль!:)) – Володя, друг брата Шурика, старше Лиды на год (в "его честь" через 7 лет будет назван её первенец).

     «Ухаживание» заключалось в том, что они вместе играли в мяч и классы, стояли – разговаривали, и даже подтягивались на воротах своих домов*!

     Тем временем и в школе на Лиду тоже «положили глаз»  – мальчик Алёша, живший в другом районе – на Солянке. И вскоре, под предлогом «А, так ты с другого района!»  Володю на Солянке изрядно поколотили.

     Лидочка, крайне напуганная таким поворотом событий, стала общаться с Алешей. Как настоящий кавалер, он пригласил её покататься «на лодочке». Лодки для катания были на специальной водной станции, на бульваре (который потом превратился в Парк Культуры и Отдыха).

     Однако помня о хулиганском характере Алёши, девочка поставила ему условие: «Кататься – только вместе с моей мамой!», и, как ни странно, Алёша согласился. Он сам взял на час лодку, заплатил, да еще и сам греб, а Лида с мамой сидели в лодке, как настоящие  дамы. Но то ли мальчик испугался, что теперь на каждом их "свидании" будет присутствовать суровая мама, то ли была еще причина… в общем, никакого продолжения у этих "отношений" так и не получилось.

Вот такие романы среднего школьного возраста были в конце 20-х годов прошлого века :).

–

* Я все-таки думаю, что на воротах подтягивались только мальчишки :)

6. «Учебная» диета. Куда пойти учиться?

На фото: 30.10.1937 года, 10-класснице Лиде 16 лет, пора бы уже точно определиться с выбором пути в дальнейшей жизни…

Когда Лида училась в 10-м классе (1938 г), в Керчи появились первые магазины типа «Гастроном», в которых продавались совершенно немыслимые продукты: сыр «Голландский»  и ветчина. Мама покупала сыр по 100 г – и только для дочки, поскольку та готовилась к экзаменам: и выпускным, в школе –  и вступительным, в институте.

     Вот относительно института мнения Лиды и ее мамы сильно расходились.

Мама мечтала, что ее дочка поступит обязательно в медицинский институт, поскольку врачи всегда были очень уважаемыми, хорошо обеспеченными людьми.

     А у дочки было отчаянное желание поступать в Москву, в физико-математический институт, поскольку в школе у нее был прекрасный преподаватель по математике, и получала Лида по этому довольно сложному предмету одни пятерки.

     Но мама привела последний аргумент: до Москвы поезд идет аж двое суток, и это просто невозможно как далеко, тогда как в Симферополь идет прямой – из Керчи, и всего 9 часов.

     И это оказалось действительно очень удобно в дальнейшем: когда Лида училась в Симферополе, мама время от времени передавала ей с поездом посылки – куриную печенку с подливкой (любимое дочкино блюдо), котлетки, пирожки – и так почти все три года обучения. А Лидочкиному мужу, Виктору (поженились они только на 2-м курсе) присылали  из деревни, целыми кастрюльками – котлеты, залитые топленым салом. Но к концу их третьего курса, в конкуренцию домашним вкусностям, уже открылись и кафе в Симферополе. В них можно было купить какао и к нему булочку (сверх общей нормы*). Туда ходили, когда – о чудо! – оставались деньги от стипендии.  …

     Школе, где училась Лида, было присвоено имя лейтенанта Шмидта (один из руководителей Севастопольского восстания 1905 года) и получали образование в ней, в основном, дети "водников".

    Вот те из школьных учителей, которые навсегда остались в Лидочкиной памяти и в сердце.