О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе

Как показывает наша история, успех достигался не сразу, например, из-за недостаточной активности власти. Вот, например, известный рывок, вызванный реформами Петра I. На самом деле «мобилизационный период» петровской эпохи начался еще при его отце, Алексее Михайловиче. Были уже иностранные войска на службе царя, флот, инженеры, иначе, где бы Петр взял столько специалистов за короткий срок. Князь Голицын, фаворит царевны Софьи, ходил в европейском платье и внедрял в своем окружении европейские порядки. Реформа церкви сформировала годный для рывка идеологический аппарат. Но всё делалось вполсилы: жареный петух ещё не клюнул.

Был и период «перемены элиты»: кто будет царем, – Иван, Петр, Софья, или все сразу, и под контролем какого клана бояр. Новая петровская элита, следуя за событиями и даже возглавляя их, очевидно не понимала их сути, усугубляя тяжёлое положение народа. И лишь когда ситуация для страны, в основном из-за шведской экспансии, стала совсем плохой, тогда и произошёл рывок ради отражения внешней агрессии и упрочнения своего положения.

При этом всё шло с огромными издержками. Из множества новшеств было немалое количество совсем не полезных для России. Процветало воровство. Так, светлейший князь Меньшиков украл (правда, за весь свой срок пребывания у власти) средства на сумму в несколько государственных бюджетов. И он был такой не один! То есть, в эти моменты в России происходит столь колоссальное напряжение сил, что результата хватает не только на решение основной задачи, но ещё столько же остаётся, чтобы «разбазарить». Как раньше царю Ивану Грозному, так и Петру приходилось казнить «внутренних врагов» толпами. Не избегнул этого и Сталин.

Ясно, что столь масштабные реформы можно проводить лишь за чей-то счёт. И нам известно, за чей. За счёт крестьян. Благо, их было тогда больше 90% населения. Многие не пережили эти реформы! Но в итоге от реформ выигрывали и крестьяне тоже.

И сталинский рывок имел период подготовки. О произошедшей тогда «перемене элиты» не говорим: об этом все знают. В основу плана ГОЭЛРО и первой пятилетки был положен задолго до этого составленный проект Главного артиллерийского управления царского Генштаба по модернизации экономики. Революция и Советская власть просто утвердили новые правила трудового взаимодействия, и сформировали годный для рывка народ, – до Петраинечто подобное было достигнуто через реформу патриарха Никона. Но сталинская подготовка уничтожила резерв, за счёт которого все рывки и проводились – крестьянство. Количество крестьян стало уменьшаться, и сегодня составляет уже меньше четверти населения.

Другой трудовой резерв Сталин создал сам, это были узники Главного Управления лагерей. Конечно, там держали и действительных врагов режима, но в основном система лагерей создавалась ради мобильной и дешёвой рабочей силы. Именно дармовые рабы ГУЛага освоили Север. Не надо было тратиться на постройку жилья, модную одежду, не надо было особых разносолов. Хватало бараков, стандартной телогрейки и пайки. Причём для разных работ строились разные лагеря, вплоть до так называемых шарашек (своеобразных НИИ).

Когда основные задачи были решены, труд зэков стал не столь эффективен. Власти не смогли найти для них достойных задач.

Россия помнит «грозных» правителей не потому, что при них происходил рывок, дававший путь к прогрессу и возвышению страны, а из-за перенесённых в это время лишений. Полученные результаты в развитии почему-то считаются само собой разумеющимися. И ещё одну особенность надо иметь в виду при оценке мобилизационных периодов. В России постоянно не хватает на нужное, но это не значит, что имеющееся тратится рационально. Отнюдь нет! Разбазаривают безжалостно, особенно как раз в периоды рывков; излишек очевиден, а что он требуется на большое дело, выпадает из внимания.

Сегодня имеются объективные показатели, что Россия – накануне нового рывка. Если перед Индустриальным рывком 1930-х – 1955 года ВВП России сократился на 43% (с 1914 по 1917 годы на четверть, во время Гражданской войны 1918—1922 годов ещё на 23%), то после 1990-го – больше, чем наполовину.

То, что мы называем релаксацией 1955–1980-х годов, закончилось поражением в холодной войне, и «температура» этой войны не должна вводить вас в заблуждение. Пусть себе Горбачев и иже с ним похваляются, что они способствовали прекращению холодной войны, которая якобы нас «разоряла», – нет, они капитулировали. Внешний вызов закончился поражением России, и победители её ликвидируют.

Для оптимального для страны выхода из создавшегося положения необходимы новый мобилизационный режим и рывок. Но переход к ним возможен при совпадении трёх условий.