Облюбование Москвы. Топография, социология и метафизика любовного мифа

В XVII столетии иное наступало по Покровке не только с немцами, но даже с малороссами, по мере перехода Гетманщины с Киевом под руку русского царя. Малороссийское подворье, собственно, и сделало начальную Покровку Маросейкой (место дома № 9), а древние палаты в Колпачном переулке (№ 10) с легкой руки москвоведа Пыляева считаются принадлежавшими Мазепе.

В Новое время на москворецком склоне Сретенского холма опять нашлись места для инославных храмов. Первой устроилась армянская Крестовоздвиженская церковь (место дома № 5 в Армянском переулке). Храмы западных конфессий появлялись вместо упразднявшихся в Немецкой слободе. Лютеранская кирха Петра и Павла, соседствовавшая на старом месте с легендарным домом Анны Монс, на новом месте (Старосадский переулок, 7) соседствует со столь же легендарными палатами Мазепы. Реформатская церковь, прихожанином которой на старом месте был Лефорт, перешла в Малый Трехсвятительский переулок (№ 3). Петропавловская католическая церковь, основателем и прихожанином которой был петровский генерал шотландец Патрик Гордон, пришла, теперь как польская, под самую вершину Сретенского холма (Милютинский переулок, 18).

Но все инославные церкви на склоне этого холма, как и синагога в Спасоглинищевском переулке (№ 10), выглядят экстерриториями, а не центрами приходов. Они окружены, как острова, морем посадским, земским, православным.

Такова природа места: его архитектурный и исторический рельеф выточен встречными и разновременными волнами. Удельное, опричное и иноземное живет лакунами на общей земской почве. Можно сказать, живет «кулижками», откуда и название Кулишки – вырубки, росчисти в лесу. Ни легендарный гетман, ни Малороссийское подворье, ни даже Троицкая церковь с урочищным определением «в Хохлах» не сделали Покровку малорусской. Сколько бы армянских, немецких, польских адресов ни насчитали мы на карте здешних мест в различные века, волны великорусского посада уже накрыли их. Иное свернулось в точки.

Столь же трудно держатся Покровки театры, институты и прочие агенты Просвещения. Историческая библиотека выглядит островом в Старых Садах, как никогда не выглядела бы в Арбате. Островом в Армянском переулке был Лазаревский институт восточных языков (дом № 2). Островом на Чистом пруде белеет театр «Современник».

Покров и Петр

До середины XIX века в Петроверигском переулке (место дома № 6) стояла церковь Поклонения веригам апостола Петра, сооруженная боярином Ильей Даниловичем Милославским в память бракосочетания дочери с царем Алексеем. Единственное в русской традиции посвящение, отдающее память Петру минуя Павла, не выглядит случайным. С XIX века рядом Петропавловская кирха, ниже, у Яузских ворот, – одноименная церковь на Кулишках (Петропавловский переулок, 4), именуемая так, что характерно, по придельному, а не по главному престолу. Церковь возвышается над устьем Яузы, а Петропавловское посвящение принципиально для петровской, средней Яузы. Ивановская горка не принадлежит, но предлежит ей.

Это посвящение кажется нереализованной альтернативой старому Покровскому. Действительно, Покровская дорога открывается собором Покрова на Рву (Василия Блаженного), а завершается Покровскими церквями в древних романовских усадьбах Рубцове и Измайлове.

Покровским посвящением как будто запечатлена восточная экспансия Великого посада. А Петропавловским – обратная экспансия Немецкой слободы.

Так в наугольном доме Разумовской, заступившем место церкви Покрова в Садех, под куполом ротонды был домовый храм Петра и Павла: знаковая перемена.

Наугольный дом

Церковь Покрова хранила память древнего Покровского в Садех монастыря. А монастырь был государевым, как сами Старые Сады: он назван в хрониках «своим» монастырем Ивана III. Не царская ли частность места отозвалась столетия спустя частной разлучной историей Варвары Петровны и Алексея Кирилловича Разумовских?

Федор Алексеев, ученики. Москва. Ильинские ворота Китай-города и дом графа Разумовского. Акварель. 1800-е

Важно и то, что именно разлучной. История любви здесь сводится к истории конца любви. Дом брошенной жены – самая подходящая заставка для Покровки. Двоящийся знак двоящейся по знаку местности.

Любовь бывает на Покровке, как бывал великокняжеский дворец в Садах, иноплеменные кварталы, инославные молельни. Но любовь с Покровки убывает, как убыли отсюда и цари, и иноверцы, и единоверные иноплеменники.

Мария Кантемир

На углу Хохловского переулка с проездом Белого города (современные адреса владения – Покровский бульвар, 8) жила последняя из пассий императора Петра, светлейшая княжна Мария Кантемир, дочь господаря Молдавии. Рассказывают, что Мария Дмитриевна родила Петру бастарда, мальчика, то ли похищенного, то ли умерщвленного агентами Екатерины I.

Московский дом княжны, однако, не имеет к тем событиям прямого отношения, поскольку был приобретен при Анне Иоанновне.