Жуан СалесОбманчивая славаГлава из книги

Перевод с каталанского и вступление Марины Киеня-Мякинен«Обманчивая слава» антивоенный роман

В Испании никогда не перестанут писать книги о Гражданской войне, и никогда они не утратят популярности. Осмысление этого болезненного опыта еще не закончено. Исторических свидетельств и документальной литературы предостаточно, но всегда будут оставаться гуманитарные аспекты, требующие более глубокого, более пристального взгляда на произошедшее — взгляда художника.

Именно такой взгляд предлагает читателю роман «Обманчивая слава». Его автор, каталонский прозаик Жуан Салес-и-Вальéс (1912–1983), юрист по образованию и издатель по профессии, воевал на стороне республиканцев, испил горькую чашу поражения, на собственном опыте познал тяготы плена и эмиграции. В 1948 году Салес вернулся из Мексики во франкистскую Испанию с одной только целью: способствовать развитию каталонской литературы. Он не только основал издательство «Club Editor», но и внес в это дело важную лепту как писатель. В 1954 году вышла в свет первая редакция его романа «Обманчивая слава», изрядно покалеченная цензурой. За ней последовали другие, расширенные версии, пока в 1971 году книга, наконец, не предстала перед читателем во всей своей полноте.

Произведение Жуана Салеса — это не просто роман о войне; это роман о человеке на войне. На войне гражданской, братоубийственной. Кто там, во вражеском окопе? Вдруг это твой родственник, друг или знакомый? Тогда ты убьешь не только его, ты убьешь что-то в себе. Когда кругом льется кровь, страшно погибнуть, но еще страшнее умереть заживо, утратив основные качества, делающие нас людьми. Где та черта, перейдя которую можно потерять душу, превратиться в ходячую мумию? Ответ на этот вопрос ищет один из главных героев романа Льюис де Брокá в письмах с фронта к своему брату Рамону.

«Обманчивая слава» интересна еще и тем, что в ней множество литературных и философских аллюзий — скрытых и явных. Отчетливо звучит, например, концепция интраистории испанского философа Мигеля де Унамуно, согласно которой истинная сущность человеческой жизни не связана ни с внешними историческими событиями, ни с идеологией. Оказавшись на «ничейной территории», где нет ни своих, ни чужих, Льюис де Брокá словно приходит в себя после длительного ночного кошмара и осознает, как прекрасен мир в своей простоте.

Нет, «Обманчивая слава» — это не военный роман. Это роман антивоенный, призывающий даже в самых тяжелых обстоятельствах беречь основные человеческие ценности.

V

…la griffe effroyable de Dieu[1].

Сьерра-Калва, 28 августа

И снова война тащит нас за собой: передвигаемся ночью, днем отсиживаемся в укрытии. Из лачуги доносится глухой, пропитой голос нашего капитана:

Любил я красотку из Оливеля,но она не любила меня.

Оливель-де-ла-Вирхен[2] остался позади. Затерялся в призрачной череде разрушенных городов и селений. Где те розы, что в первый день девушки вдевали нам в петлицу? Ярко-красные розы «цвета багряницы Христовой…» Теперь девицы явились нарядные, а с ними весь муниципальный совет во главе с алькальдом. Стали просить, чтобы мы не уходили, а то вдруг снова нагрянут анархисты[3]. Майор просто голос сорвал, пытаясь объяснить, что не от нас это зависит.

— Вам что же, не по душе наш Оливель? — не отступали они.

А тетушка Олегария? Из ее маленьких, опухших и покрасневших глаз катились слезы величиной с горошину. Гальярт был там и потом, когда уже скрылись из вида крыши последних сараев, признался:

— У меня тогда просто горло перехватило.

Мы заняли позицию на горной вершине, голой, как колено. Внизу расстилается равнина; в бинокль я отчетливо вижу зигзаги вражеских траншей. За ними — Побла-де-Ладрон.

Бой начался в четырнадцати километрах к востоку от нас. Две дивизии атакуют селение Шилте, небольшое, но очень важное сейчас, так как там сосредоточились передовые отряды противника. Побла-де-Ладрон лежит на подступах к ним, поэтому туда надо пробиться во что бы то ни стало. Дивизия наступает двумя флангами, берет врага в клещи: наша бригада слева, а «плоскостопые» справа.