Обманутая, но торжествующая Клио

"Письмо Зиновьева" и "открытия" Синклтона стали самыми громкими скандальными документами середины 20-х годов. Но они оказались не единственными. В апреле 1925 г. болгарские газеты поместили тексты и фотокопии, по крайней мере, трех документов, приписанных Коминтерну, которые затем были перепечатаны большинством ведущих газет Западной Европы. Все они выполнены на бланках Коминтерна на русском языке, снабжены подписями, резолюциями, штампами контроля исполнения, исходящими и входящими номерами, датами.

Один из них, датированный 12 марта 1925 г., за номером 2960 представлял собой директиву "Центральной секции Отдела внешних сношений" ИККИ за подписью генерального секретаря отдела А.Дорота. В ней сообщалось, что "балканская коммунистическая федерация" утвердила постановление о приведении в исполнение приговора над Русиновым и Гаржичем и поручает его исполнение работникам "оперативно-террористического отдела" Мотько и Кашемирову. Кроме того, директива объявляла мобилизованными с 15 апреля всех работников "контроля балканского центра", определяла порядок получения оружия, пользования шифровальной связью и в заключение предупреждала о том, что "малейшее нарушение боевых приказов наказывается смертью на месте"[41]. Фальсификаторы, пытаясь придать большую достоверность своему изделию, допустили несколько непростительных промахов. Изображения серпа и молота никогда не было в символике Коминтерна. Как международная организация, Коминтерн принципиально не мог иметь "Отдела внешних сношений".

Не менее показательным оказался и второй документ — от 22 апреля 1925 г., подписанный "Генеральным секретарем Коминтерна" Р.Стюартом и адресованный "начальнику Балканского оперативного центра", а также "заграничным делегациям РКП(б)" в Варшаве, Праге, Берлине, Вене, Бухаресте, Константинополе и Афинах. В нем сообщалось, что Исполком Коминтерна поручил Георгию Димитрову "руководительство всеми внешними и внутренними боевыми операциями как военного, так и политического характера" в Болгарии, а М.Красовского назначил начальником штаба Балканского общеоперативного центра. Далее подтверждалась программа и тактика действий Балканского оперативного центра, изложенная в ряде предшествующих инструкций Коминтерна с указанием их дат и исходящих номеров. Подчеркивалась главная стратегическая цель работы Балканского оперативного центра — "в отношении руководительства общеполитическим положением добиваться, путем углубления революционных действий повстанческих групп, таковых результатов, которыми являлось бы неизбежное падение Цанковского кабинета и создавалась бы в отношении нового кабинета, если не будет сменен немедленно Революционным правительством, ситуация неизбежной политической амнистии, которую следует немедленно же учесть, как наиболее могущественное пополнение наших активных кадров". Кроме того, здесь же сообщалось об организации повстанческих отрядов и о подготовке "общесогласованного румынско-польско-чехословацкого и общебалканского выступления комфронта Юж[ной] Европы, намеченного к периоду окончания сбора хлебов текущего года"[42]. Письмо было написано на бланке, в правом верхнем углу которого помещен герб в виде пятиконечной звезды, обрамленной колосьями и частью зубчатого колеса, имело делопроизводственную помету, штампы, указание на номер экземпляра и оригинальную подпись. Иначе говоря, все эти аксессуары, в отличие от оформления "письма Зиновьева" и других сопровождавших его подделок, были призваны создать у читателей впечатление того, что перед ними некий оригинал — третий экземпляр директивы, направленной Коминтерном.

Однако авторы фальшивки и здесь допустили ряд промахов. Стремясь подчеркнуть связь Коминтерна с деятельностью ВКП(б) и советского правительства, они в качестве одного из реквизитов фальшивой директивы указали нахождение Коминтерна в Кремле, тогда как в то время он размещался на углу Воздвиженки и Моховой. Названные в директиве "заграничные делегации РКП(б)" не существовали в природе: они были перепутаны, очевидно, с ячейками РКП(б), существовавшими в советских учреждениях за рубежом. Равным образом фальсификаторы допустили промах, назвав центральные комитеты коммунистических партий центральными исполнительными комитетами, а также обозвав действительно существовавшую Балканскую коммунистическую федерацию Балканским оперативным центром. Неверно они воспроизвели и бланк Исполкома Коминтерна, поместив на нем герб, никогда не существовавший у этой организации. В его основу был положен официальный герб Моссовета с внесением в него ряда изменений: удалены буквы "Р.С.Ф.С.Р." вверху и текст "Московский Совет Раб., Солд. и Кр. Деп." внизу, вместо которого поставлены три звездочки. Фантастической оказалась и подпись под директивой: уже с июля 1924 г. Исполком Коминтерна не имел Генерального секретаря, и, кроме того, никакой Стюарт никогда не занимал этой должности.