Оборотная сторона медали. Книга вторая

На следующее утро, мы с Максом оперативно созвонились с боевыми товарищами, чтобы попросить их о помощи. Объяснили, что наши наступают, а арта противника активно этому препятствует. Надо ее подавить! Но нет средств, чтобы вычислить орудия. У парней одни «мавики» в наличии, а смотреть нужно дальше. Ребята нас выслушали, узнали на каком направлении мы работаем, и обещали быстро решить вопрос. Нам повезло, что они находились недалеко.

Усевшись на диване, мы ждали обратной связи, вынужденно бездействуя.

Ближе к обеду, когда все вокруг уплетали незаменимые «дошираки», нам позвонил наш друг и попросил номер телефона, по которому можно держать связь. Обещал, что в течение двух дней разведдроны «Zala» будут работать в наших интересах.

Хороший повод для редкой фронтовой радости. Предвкушение скорой охоты на арту противника, вызывало воодушевление и поднимало настроение. Мы заставим ее замолчать!

Через два дня, в Донецке, друзья передали нам флешку с результатами облетов. Оказалось, что в первый день «птички» ничего не обнаружили. Зато на следующий — засекли, как две гаубицы «Три семерки», американского производства, вели огонь из посадки. Место их расположения хорошо просматривалось на записи.

Поблагодарив спецов за помощь, мы поехали в Еленовку для встречи с офицерами полка.

Приехав, мы передали им флешку и доложили о местоположении заморских гаубиц.

Я заметил грустный взгляд одного из командиров и спросил у него, что не так?

— Они далеко от нас, мы их не достанем. Наше оружие в тылу, их ставят дальше.

— Так, тогда новая вводная! Давайте мы найдем «ланцеты», а вы пока повремените с наступлением? Переговорите с руководством.

— Хорошо. Сейчас поедем к начальству и все обсудим, — ответил, заметно повеселевший, старлей.

Пока решался вопрос с «ланцетами», мы продолжали заступать на смены. Познакомились со всеми офицерами и контрактниками. У нас даже было свое парковочное место в лесопосадке.

Через пару дней от своих друзей получили ответ, что нам помогут отработать «ланцетами» по противнику.

На очередную смену мы приехали днем, чтобы застать начальника артиллерии и командира полка.

Офицеры, немного удивившись нашим снабженческим талантам, отреагировали на высказанные предложения с оптимизмом. Но здесь нас поджидала очередная засада. «Тропические» ливни, которые обрушились на посадки и не прекращались целую неделю. Было решено: перенести наше мероприятие по уничтожению орудий противника на время окончания предательских «муссонов».

ГЛАВА 61 ПОСТОЯЛЫЙ ДВОР САМУРАЕВ «КА КУНОДАТЭ»

«Самурай должен прежде всего постоянно помнить — помнить днем и ночью, с того утра, когда он берёт в руки палочки, чтобы вкусить новогоднюю трапезу, до последней ночи старого года, когда он платит свои долги, — что он должен умереть. Вот его главное дело. Ибо жизнь мимолетна, подобно капле вечерней росы и утреннему инею, и тем более такова жизнь воина».

Цитата из книги «Бусидо» Юдзана Дайдодзи и Ямамото Цунэтомо

Позицию, на которой работал наш расчет, по станции и между собой мы стали называть «Гостиницей». Но на самом деле, она больше походила на постоялый двор, где обитали самураи: бесстрашные воины прошлого, презиравшие смерть, и всем своим видом это демонстрирующие. Внешне ничего там от средневековой Японии и в помине не было, кроме самих «самураев», только отечественного производства. Своим абсолютным бесстрашием и непоколебимым спокойствием, они могли настоящих самураев за пояс заткнуть.

За несколько недель работы, я ни разу не увидел броне-защиты ни на одном из них. Их автоматы, развешенные на деревьях, подобно новогодним гирляндам, болтались там и днем, и ночью. Только настоящие самураи, ежечасно бросающие вызов смерти, могли так себя вести.

Однажды я задал такому «самураю» вопрос:

— Где твой меч-катана, самурай?

Боец указал пальцем на дерево, которое росло рядом с блиндажом.

— А если сейчас, внезапно, из темноты появится вражеский ниндзя, как ты будешь отбиваться?

— Успею, — после небольшой паузы спокойно ответил «самурай», устремив свой взор в неизвестные мне дали.

То были настолько крутые бойцы, что казалось, им вообще не присуще чувство страха. Ну не знают люди, что это такое! «Постоялый двор» подвергался обстрелу каждый день. Но даже разорванный в клочья деревянный туалет, находившийся на их позиции и постоянно напоминавший об опасности, их не смущал. В этом суровом месте на нас с Максом, облаченных в доспехи, смотрели с презрением и не принимали за своих. На празднике железной воли мы были чужими.