Очерки по психологии бессознательного

Рассматриваемый сон, по всей видимости, имеет отношение к некоторому инфантильному чувству ревности. Сновидица в известной степени влюблена в отца, и по этой причине она хотела бы избавиться от матери. Но ее реальный конфликт состоит в том, что она, с одной стороны, хочет выйти замуж, а с другой – не может решиться на это: ведь никогда точно не знаешь, что будет потом, насколько устроит ее муж и т. д. А кроме того, дома так хорошо, а как все сложится, если придется расстаться с любимой мамочкой и стать взрослой и самостоятельной? Она не замечает, что проблема замужества теперь всерьез встала на ее пути и настолько захватила ее, что она уже не может больше пятиться назад к отцу и матери, не озадачивая семью этим судьбоносным вопросом. Она уже не прежний ребенок, теперь она женщина, которая хочет выйти замуж. И такой она предстает перед нами, полная желания иметь мужа. Но в семье таким мужем является отец, и дочь направляет свое желание иметь мужа на отца, не имея осознанного представления об этом. А это уже – инцест. Таким образом возникает вторичная инцестная интрига. Фрейд допускает, что эта тенденция к инцесту первична и является реальным основанием того, почему сновидица не может решиться выйти замуж. В сравнении с этим прочие приведенные резоны мало что значат для него. В этом отношении я уже давно отстаиваю ту точку зрения, согласно которой случаи инцеста отнюдь не доказывают наличия универсальной наклонности к инцесту, так же как факты убийства еще не доказывают наличия общераспространенной жажды убивать, мотивирующей конфликт. Я, конечно, не захожу так далеко, чтобы отрицать присутствие в любом из нас зародышей разного рода преступных действий. Но все же существует огромная разница между наличием подобных зародышей и актуальным конфликтом, приводящим к раздвоению личности, что и происходит в случае невроза.

Если внимательно обозреть историческую картину невроза, то с регулярностью обнаружим некоторый критический момент, когда всплывает именно та проблема, от которой стремятся уклониться. Так вот это уклонение есть реакция столь же естественная и общераспространенная, как и лень, инертность, малодушие, робость, незнание и неосознанность, которые скрываются за ним. Везде, где ситуация становится неприятной, трудной и опасной, мы чаще всего колеблемся и по возможности стараемся ее избежать. Я считаю подобные резоны вполне достаточными. Симптоматология инцеста, несомненно существующая и вполне правильно определенная Фрейдом, кажется мне вторичным феноменом, уже патологическим.

Сновидение часто запечатлевает детали, по видимости нелепые, из-за чего оно производит впечатление абсурдности, или же с внешней стороны кажется настолько непонятным, что чаще всего оставляет нас в замешательстве. Нам всегда приходится преодолевать известное сопротивление, прежде чем мы всерьез примемся вместе с пациентом за кропотливый труд по распутыванию сложных хитросплетений его сна. Когда же наконец мы проникаем в действительный смысл сновидения, то мы уже оказываемся в центре тайного мира сновидца и с удивлением обнаруживаем, что сон, по видимости бессодержательный, имеет очень глубокий смысл и говорит, собственно, лишь о важных и серьезных вещах. Это открытие вызывает у нас несколько большее уважение к так называемому суеверию, придающему значение снам, в котором рационалистическое умонастроение нашего времени ему до сих пор отказывало.

Как говорит Фрейд, анализ сновидений есть via regia[20]

к бессознательному. Анализ сновидений ведет к раскрытию глубочайших тайн личности, благодаря чему он является бесценным инструментом в руках врача и воспитателя души.

Аналитический метод вообще (не только фрейдовский психоанализ) состоит по большей части из многочисленных анализов сновидений. В процессе лечения сновидения последовательно поднимают из глубины содержания бессознательного, чтобы эти содержания выставить под влияние дезинфицирующей силы дневного света, благодаря чему снова обнаруживается много ценного и, казалось бы, утраченного. При таком положении дел не приходится удивляться тому, что для многих людей, имеющих ложные представления о самих себе, лечение становится настоящей пыткой. Именно от них – в соответствии со старой мистической поговоркой: «Отдай то, что имеешь, и тогда ты получишь!» – требуется оставить все свои лелеемые иллюзии, с тем чтобы нечто более глубокое, более прекрасное и объемлющее смогло в них возродиться. Эта старая мудрая истина, которая всякий раз подтверждается при лечении. Особенно любопытно здесь то, что такой метод должен подтверждать свою необходимость в период расцвета сегодняшней культуры. В ряде отношений его можно сравнить с методом Сократа, хотя анализ и проникает гораздо глубже.