Одесса шутит. От Дерибасовской до Привоза имеем сказать пару слов!

В Одесском Оперном театре идёт «Евгений Онегин». Вдруг солист запнулся и замолчал. Весь зрительный зал и коллеги начинают ему шептать, подсказывая:

«…Куда, куда вы удалились…»

«…Куда, куда вы удалились…»

Солист:

– Ну шо: «Куда-куда»?! Я мотивчик забыл!

* * *

Репетиция «Бориса годунова» в еврейском театре. Актер, играющий годунова, произносит свою реплику:

– Азохен вэй, товарищи бояре! Я шо-та Шуйского не вижу среди тут?

Режиссёр:

– Стоп, Моня! Не среди тут, а между здесь!

* * *

В Оперном театре Рабинович толкает соседа в бок:

– Скажите, Онегин – еврей?

– Нет, конечно.

Через пару минут:

– Скажите, а Татьяна – еврейка?

– С какой стати Ларина – еврейка?

– Ну, а Ленский – еврей?

Сосед, чтобы отделаться от надоеды:

– Да, да, Ленский еврей!

– Таки я это знал. Его обязательно убьют…

* * *

В одесском Оперном театре сидят два меломана с нотами, слушают оперу и перелистывают ноты. Женщина, сидящая рядом, спрашивает другую:

– Вы не знаете, кто это такие?

– Не знаю. Народный контроль, наверное…

* * *

Встречаются два одессита.

– Абрам, не пойму, почему все кричат: «Паваротти – талант! Ах, какой голос!» Он же фальшивит и картавит.

– А ты что, был на его концерте?

– Да, нет, мне вчера Моня напел.

* * *

Одесская коммуналка:

– Софочка, вчера из вашей комнаты доносились такие странные звуки…

– Ах, ничего интересного – это был ноктюрн Шопена.

– Ничего себе не интересно – звучал Шопен, а вышел таки Додик!

* * *

Проводится расследование о пожаре в Одесском Оперном Театре. Допрашивают Рабиновича.

– Расскажите, что вы видели?

– Значит, закрыл я вчера свою лавочку, прихожу домой, поднимаю Сарину юбку…

– Следствию это неинтересно, говорите по существу.

– Так я и говорю. Значит, закрыл я вчера свою лавочку, прихожу домой, поднимаю Сарину юбку…

– Свидетель, короче!

– Так я и говорю короче! Значит, закрыл я вчера свою лавочку, прихожу домой, поднимаю Сарину юбку, которой окно завешено. И что, вы думаете, я вижу? Оперный горит!

* * *

Одесса. Опера. Дают «Борис годунов». В зале погас свет и вдруг громкий женский голос с последнего ряда балкона:

– Ой, Миша, я и не знала, шо вы таки еврей!

* * *

Одесса. Знойное лето. Приезжий с сумками, комкая карту, ловит одессита:

– Скажите, пожалуйста, я до Оперного театра этой дорогой дойду?

Одессит (после секундного размышления):

– Да, пожалуй, тут вам ничего не грозит.

* * *

Мужик устраивается на работу в Одесскую консерваторию. Его послушали – все хорошо! Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно, в общем – мечта любого оркестра. Берут:

– Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?

– Иванов.