Офицеры российской гвардии в Белой борьбе. Том 8

Вслед за эскадроном переправился весь 3-й полк и артиллерия. Красная пехота и конница, занимавшие хутор, были отброшены. Для конного корпуса был создан широкий плацдарм, обеспечивающий переправу. Арьергард корпуса, Терско-Астраханская бригада, все время осаживала и садилась на хвост корпусу, внося беспорядок в его движение. Нажим красных был остановлен 6-м конным полком, который в течение всей переправы сдерживал наступление красных и не давал им возможности атаковать отступающий корпус. Во время боя у Шолохова был убит командир корпуса генерал Бабиев, и в командование корпусом вступил генерал Науменко, вскоре тоже раненный.

После переправы у хутора Твердомедова конница продолжала движение на станцию Ток, откуда ее авангард, Кубанская дивизия, выбил пехоту и конницу красных. Сумерки быстро надвигались, и, когда, пройдя станцию Ток, конница подошла к колонии Николайталь, наступила ночь. Простояв там около часа, конница двинулась к Днепру. 1-я дивизия стала в Марьинское, Кубанская пошла на Грушевский Кут, Терско-Астраханской бригаде надлежало идти в Ново-Воронцовку. Было приказано отправить на рассвете раненых, больных и слабых лошадей на левый берег Днепра. Этим ограничились все распоряжения на следующий день. Пойдет ли конница на Апостолово, будет ли она переправляться обратно через Днепр или оборонять занятый рубеж, никому известно не было. Утомленные до последних пределов полки развели эскадроны по дворам.

Большое село Марьинское, растянутое полукругом на пять с лишним верст, лежало в глубокой низине, окруженное с трех сторон оврагами и грядами высоких холмов, припертое с четвертой стороны Днепровскими плавнями. С утра 14-го на всем фронте была полная тишина. К 10 часам Гвардейский полк построился на восточной окраине села на сборном месте дивизии. В томительной неизвестности, ожидая распоряжений, полки простояли там более часа. Этим временем воспользовался командир Кавалергардского эскадрона, чтобы достать на всякий случай проводника, хорошо знакомого с бродами и переходами через плавни.

Около 12 часов разведка донесла о подходе со стороны Шолохова и станции Ток больших колонн красной конницы. Вперед, на бугры, от дивизии было выслано несколько эскадронов. Гвардейскому полку было приказано занять северную окраину Марьинского и связаться с Терско-Астраханской бригадой. Оставив в резерве Кавалергардский эскадрон, полк занял цепями окраину села. От левофлангового эскадрона (гродненские гусары) пришло донесение, что на северо-западной окраине села не только нет никаких следов Терско-Астраханской бригады, но что эта часть села никем даже не наблюдается. Туда был отправлен Кавалергардский эскадрон.

Заняв цепью окраину села, ротмистр Раух выслал два разъезда, один в сторону противника, другой на розыск казачьей бригады. Две сотни были найдены у самых плавней, где были другие, выяснить не удалось.

Скоро по всему фронту началась сильная стрельба. Снаряды рвались на восточной окраине села. Особенно сильный огонь был слышен со стороны Грушевского Кута. Через полчаса вернулся разъезд и донес, что красные лавы подходят к самому селу. Через несколько минут они были уже в селе. Эскадронные пулеметы открыли огонь. Красные в беспорядке отхлынули назад. Одновременно прискакал ординарец штаба полка с приказанием немедленно присоединяться к полку. Под прикрытием огня пулеметов эскадрон двинулся на присоединение к полку.

Красные снаряды рвались уже по всему селу. По улицам неслись отдельные всадники, пулеметные тачанки, проскочили казачьи орудия. Паника вещь заразительная, и не только для всадника, но и для коня. Сохранить в руках эскадрон и вести его далее в порядке в такой обстановке было невозможно. Кавалергарды свернули в плавни. Тут особенно пригодился проводник, выведший эскадрон к мелкому броду. Со стороны Грушевского Кута доносился сплошной гул орудийных выстрелов и разрывов. Густая масса перемешавшихся всадников разных полков, орудий, пулеметов на тачанках неслась оттуда в полном беспорядке к плавням. Всякое управление частями было утеряно.

Из Марьинского выскочило около сотни красных кавалеристов, преследовавших эскадрон. Головные всадники были скошены огнем пулеметов, остальные отскочили обратно в село. Еще несколько неглубоких бродов пройдено легко. Впереди предстояла переправа через Бузулук. Останавливаться и разыскивать полк в лавине несущихся всадников было невозможно. Эскадрон пошел дальше, временами останавливаясь и отстреливаясь от наседавших красных.

Брод через Бузулук был забит сломанными и застрявшими повозками и тачанками. На противоположном берегу никто не останавливался. Все неслись дальше. Проводник указал другой брод, немного ниже по реке, очень глубокий и с топким дном. К этому же месту свернула кучка пулеметов разных частей, задерживавших красных и отстреливавшихся до последней возможности. При переправе одна эскадронная тачанка завязла и сломалась. Пулемет сняли, лошадей отпрягли, тачанку бросили.