Огненный шторм. Стратегические бомбардировки Германии. 1941-1945

Для решения этого комплекса моральных и этических проблем необходима высочайшая степень внутренней уверенности. Поэтому быстрая подготовка полного всеобъемлющего плана гражданской обороны, как этого требуют многие, конечно, была бы крайне желательна, но не всегда возможна. Причина этого заключается в том, что план предполагает понимание всех факторов, которые включает в себя проблема, а этого, конечно, не всегда и не сразу удается достичь.

То, что в современном мире преобладающими являются именно технические факторы, неизбежно делает технический и организационный аспекты главными в современной гражданской обороне. При составлении всех национальных программ очевидно, что большая часть мероприятий, направленных на обеспечение защиты гражданского населения, относится именно к техническому аспекту проблемы.

В первые послевоенные годы наметилась тенденция повсюду искать простые и легкие решения. Поэтому вновь был поднят вопрос о создании признанных всеми странами зон безопасности. Но он был поднят лишь для того, чтобы доказать свою фантастичность. Затем пришла идея строительства убежищ. Ее целью было успокоить страх населения перед атомной угрозой и обеспечение безопасности гражданских лиц. Строительство убежищ началось под лозунгами типа «Люди – под землю!». В настоящее время строительство убежищ играет примерно такую же роль, как мероприятия по защите от отравляющих газов в период между двумя войнами. На более позднем этапе идея строительства убежищ потеряла значительную часть своей привлекательности, и не напрасно. По мере того как продолжительность времени от оповещения до применения атомного оружия сокращается, нарастает и угроза того, что вскоре эти сооружения станут бесполезными, на чем настаивают многочисленные критики, выступающие против самой идеи того, что подземные убежища способны защитить население. Но все же строительство подземных убежищ является важным и необходимым, и, по крайней мере, в этом вопросе удалось сохранить верную политику, не дав ей опрометчиво свернуть на ложный путь.

Первоочередную важность в битве идей приобретает стремление предотвратить или хотя бы обуздать применение в будущих войнах рейдов воздушного террора. С этой целью необходимо продолжать борьбу за заключение международных соглашений, которые обеспечивали бы защиту гражданского населения при использовании авиации. Аналогичные соглашения, ограничивающие боевые действия на суше и на море, уже существуют. К сожалению, практические результаты усилий политиков в этой сфере отстают от развития способов ведения боя и появления новой боевой техники.

На сегодняшний день уже действует ряд международных соглашений и ограничений в области применения боевой авиации, но они настолько не соответствуют современному состоянию вооруженных сил, что на практике являются неэффективными. Те немногие положения, которые изложены в соглашениях, были сформулированы в далеком прошлом, в наше время потеряли всякий смысл и даже не дают ответа на важнейший вопрос: являются ли неограниченные бомбардировки невоенных целей нарушением законов ведения войны или нет?

Сложившаяся двусмысленная ситуация, естественно, приводит к общему чувству страха. Поэтому сейчас все больше назревает необходимость принятия всеобщих законов, которые регулировали бы применение боевой авиации в обстановке ядерной войны, чтобы тем самым покончить со сложившимся периодом «международного беззакония». Чем дольше мы станем терпеть эту неопределенность, тем сильнее будет страх людей. Современное общество все больше сознает свое право с точки зрения морали и истории осуждать воздушный терроризм, который противоречит перспективам выживания гражданского населения. На переднем крае здесь находятся представители гуманизма и пацифизма, которые считают, что вносят ценный вклад в борьбу за заключение международного соглашения, направленного на защиту гражданского населения от авиационных ударов. Но на самом деле максимум, чего они добились, – это то, что положение стало еще более запутанным. Идеализм этих людей заставляет их витать в облаках, а их идеи относительно того, что следует предпринять на практике, редко имеют что-то общее с реальностью.