Охота на убийц. Как ведущий британский следователь раскрывает дела, в которых полиция бессильна

Я ушел из полиции ради свободного графика, но в итоге работаю больше, чем когда-либо. Тем не менее теперь у меня появилось больше возможностей выбирать, когда остаться дома. К счастью, моя жена, тоже служившая в полиции, относится с пониманием. У нас трое детей – две девочки и мальчик. Ни один из них не изъявил желания пойти по стопам родителей, хоть наш средний ребенок, который учится на инженера, и проявляет интерес к документальным криминальным телесериалам. Он смотрит все мои передачи, и мы обсуждаем некоторые из дел. Старший занимается проектированием зданий и сооружений, в то время как младший планирует изучать в университете основы спортивной реабилитации. Все мои дети уравновешенные, рассудительные и трудолюбивые – разумеется, благодаря их матери.

Им приходилось со многим мириться. Раньше я был полностью поглощен работой в полиции, в то время как теперь все более неопределенно. «Чем ты сейчас занимаешься, папа?» – спрашивали они меня. С учетом того, что большинство отцов уходили из дома в девять утра и возвращались в пять вечера – типичный рабочий график для офисной должности, – моя деятельность, вероятно, не совсем была им понятна. Я занимался много чем, зачастую с довольно плавающим графиком. То дни напролет бил баклуши дома, то на неделю уезжал за границу. Раз за разом я повторял им, что больше не работаю в полиции и не выполняю задание под прикрытием. Да, я веду расследование, но теперь не для полиции.

Я всегда много работал, и порой детям приходилось из-за этого несладко. Во время расследования смерти Тии Шарп в 2012 году я собирался сводить их в театр в свой выходной. Когда приехал в Лондон, зазвонил мой телефон, пришлось взять трубку. Пока я разговаривал, зазвонил другой телефон. Я попросил младшую дочь ответить, чтобы звонивший подождал на линии. Когда я закончил первый разговор и взял трубку другого телефона, продюсер с BBC, смеясь, рассказала, как моя дочка в строгой, но вежливой манере сообщила, что мы направляемся в театр, и не следует нас задерживать. Было приятно узнать, что моя дочь не хочет, чтобы я проводил вдали от семьи больше времени, чем полагается.

Как правило, я не обсуждаю с женой текущую работу. Могу упомянуть, что мне непросто с кем-то общаться или что работаю над каким-то сложным делом, в котором есть совершенно ужасные детали, но она никогда не расспрашивает меня первой. Ей известно, с чем связана моя работа, равно как и то, что я не могу делиться всеми подробностями.

Впрочем, все немыслимые ужасы, с которыми сталкиваюсь, редко когда оказываются для меня в новинку – работая в полиции, я навидался всякого. Всего, что только может быть связано со смертью и убийством: мертвые дети, застреленные и зарезанные люди, со свисающими мозгами… Я присутствовал на вскрытии младенцев, общался с людьми, пережившими самое невероятное насилие.

Я стараюсь не позволять этой стороне работы вмешиваться в мою семейную жизнь. Полностью разделить эти два мира между собой невозможно, но нельзя позволять границам размываться. Чрезвычайно важно удерживать их по разные стороны друг от друга. Я усердно тружусь над этим, что дает свои результаты: у меня нет никаких проблем со сном. Я всегда крепко спал, и мне не доводилось лежать в темноте часами напролет с открытыми глазами, перебирая тревожные мысли. Мои тело и разум словно понимают, что мне нужен отдых, поэтому я просто отключаюсь, и они не пытаются мне помешать.

Когда я сменил профессию, появилась возможность проводить больше времени с семьей. По средам я стараюсь брать выходной, особенно во время регбийного сезона, и если у сына матч на местном стадионе, обычно не пропускаю его. Если он не играет либо межсезонье, как правило, есть чем заняться дома, или же я отправляюсь в спортзал заниматься на беговой дорожке, чтобы освободить разум.

Работая на полную ставку в полиции, с этой же целью по утрам в субботу катался на машине. Делаю это и по сей день, пусть и не так часто. Раньше у меня был отличный старый «Порше», теперь езжу на мотоцикле. Когда в течение часа-двух приходится концентрировать внимание на дороге, это помогает избавиться от ненужных мыслей. Меня это расслабляет. Я вынужден сосредоточиться на настоящем моменте, поставив на паузу бесконечное обдумывание текущих дел, зацепок и улик. Если я не за рулем, иду в сад – копаю, пропалываю, рву сорняки, подрезаю ветки и ни о чем не думаю.

Дома я обычно много не читаю – мне проще слушать аудиокниги в машине, когда я за рулем. В детстве мне диагностировали серьезную дислексию[4], но вы вряд ли бы поняли это по моим программам и расследованиям. Я обзавелся всей необходимой поддержкой, которая помогает справляться с этой проблемой.

Так, например, мой отец регулярно перечитывает и проверяет все, что я пишу. Без него я не смог бы получить степень магистра по криминологии, которой особенно горжусь, особенно если учесть, что ушел из школы, толком не сдав экзамены. Кроме того, у меня есть постоянный помощник – она печатает нужные документы под диктовку. Благодаря ей пишу статьи для газет.