Охотники на людей: как мы поймали Пабло Эскобара

Сделку назначили в южной части Остина, в безлюдном, иссушенном солнцем переулочке, сдавленном ломбардами, притонами, заброшенными магазинами и барахолками, продающими автомобили. Времени на сбор группы подкрепления было мало: ни у кого не было особого желания работать в длинные выходные. По уму, нам следовало вообще отменить операцию, но, как я уже упоминал, я был молод и рвался в бой. Мне отчаянно хотелось показать, на что я способен.

Мы подъехали к второсортному мотелю, и, замирая, я постучал в дверь. Один из дилеров впустил нас. Не успел я оглядеть грязный номер – синтетическое покрывало в цветах на кровати, ковролин в пятнах и кондиционер, на последнем издыхании гонявший туда-сюда спертый воздух, – как какой-то бородатый коротышка выхватил из-под цветастой подушки револьвер, приставил его к моему виску и взвел курок.

– Если ты коп – умрешь первым! – рявкнул он по-испански.

В горле пересохло. Схлопотать пулю в голову из-за фунта героина? Не самая славная смерть. Я подумал было «сознаться». Мол, я просто актер, который притворился покупателем. Они пожмут мне руку, мы посмеемся, и меня отпустят. Всего лишь недоразумение. Мне не нужны проблемы. На лбу выступил пот, и я застыл, повторяя про себя молитвы, которые помнил с детства. И тут дилер (назову его Мексиканцем) заговорил о Мехико и Нуэво-Ларедо.

Нуэво-Ларедо?

О Нуэво-Ларедо я знал всё! Я вырос на границе с Нуэво-Ларедо. Меня словно прорвало: я начал говорить о квартале Ла-Зона. Болтал о пивнушках, хвастался, что бывал в «Папагальо» и «123» – клубах, которые по совместительству были самыми настоящими борделями. Бандит опустил револьвер и наконец расслабился.

Вот когда подростковые пьянки и посещение квартала красных фонарей спасли мне жизнь!

С колотящимся в горле сердцем я ухитрился вернуть разговор к покупке наркотиков. Сам не знаю как, но я убедил мексиканца дать нам проверить героин. Отщипнув кусочек от черного липкого «кирпича», я покатал его в пальцах, поднес к носу и вдохнул.

Напарник отправился в машину за десятью тысячами долларов, которые нам выдали для операции. Я уже приготовился к большой мясорубке, когда агенты подкрепления вломятся в номер – а они должны были сделать это сразу после того, как напарник войдет в комнату с наличными, – и пробежал глазами комнату, соображая, как бы половчее просочиться в ванную комнату, чтобы меня не задело… Проверил свой револьвер 38-го калибра, который мексиканец либо не заметил, либо проигнорировал, поскольку решил, что я не коп. Спустя несколько минут напарник принес бумажный пакет с наличными – и сердце снова ушло в пятки. Группа подкрепления не заметила его на парковке, и в номер он вернулся один! Напарник кинул пакет на кровать, и преступники, побросав оружие, ринулись пересчитывать деньги. Мы с напарником переглянулись: это наш шанс! На меня никто не смотрел, и я встал в стойку.

– Все на пол! – скомандовал я по-испански, выхватывая пятизарядный револьвер 38-го калибра.

Когда в номер ввалились агенты подкрепления, я уже скрутил мексиканца и орал на него за то, что он чуть не прикончил меня в этой комнате. Я даже толкнул его несколько раз, но он молчал, опасаясь, что в гневе я могу его застрелить.

– Будешь еще толкать наркоту – не смей брать с собой пушку, мать твою! – орал я на мексиканца.

Тот день многому меня научил, и я пообещал себе, что никогда больше не влезу в такую опасную ситуацию – в заброшенном квартале, в замызганном номере второсортного мотеля.

Это обещание я нарушил сразу по прибытии в Колумбию.

Часть третья

ХАВЬЕР

До приезда в Колумбию я никогда не слышал о Пабло Эскобаре. У меня и в планах-то этой страны не было: по окончании службы в Остине я подал ходатайство о переводе в Мехико и очень расстроился, когда меня отправили в Боготу.

В Колумбии же у меня не было ни единого шанса не столкнуться с Пабло Эскобаром Гавирией. Во внутренних сообщениях УБН он проходил как «объект TKO 558 по делу номер ZE-88-0008». Мне поручили найти его, но после 18 августа 1989 года поиски Эскобара и так стали для меня навязчивой идеей.

Эскобар стоял во главе Медельинского картеля. В 1988 году, когда я приехал в Колумбию, это была самая влиятельная группировка наркоторговцев в мире. Восемьдесят процентов мировых поставок кокаина исходили из Колумбии, где обрабатывали листья коки и пасту, полученные из Перу и Боливии. В Колумбии Эскобар собрал армию sicarios – малолетних преступников из comunas (трущоб) в пригороде Медельина, благодаря которым наркотерроризм расцвел пышным цветом. Ко времени моего приезда в Боготу от их рук погибли сотни полицейских, судей, журналистов и конкурентов по наркобизнесу.