Читаем Окрестности Петербурга. Из истории ижорской земли полностью

Сванский Волочек – располагался на западном берегу Ладожского озера, между Орешком и Корелой. Всего в рядке на Ижоре было 8 дворов, где жило 20 человек, которые по старому письму платили 12 гривен налога, «а нового оброку положено на них за обежную дань и за намесничь корм полтина» [ВМОИДР 1851, с. 345]. К рядку тяготел целый комплекс сельскохозяйственных поселений.

Все это навело исследователей на мысль, что в конце XV в. в районе современного города Колпино начал складываться второй после Орешка городской центр Ижорской земли. Предполагалось даже, что он упомянут в распоряжении шведского короля 1555 г.: «уничтожить два города в Ижорской земле» [Гадзяцкий 1940, с. 147]. Торговый пункт, расположенный между центром погоста и устьем Ижоры, обладал неоспоримыми преимуществами: он находился за Ивановскими порогами, что позволяло проходить сюда по Неве морским судам с большой осадкой. Местонахождение его в стороне от Невы предохраняло рядок от частых военных столкновений, случавшихся здесь. Ниже по течению Ижоры, на полпути до ее устья, располагалась деревня Ушкино, жители которой, могли участвовать в грузовых перевозках, связанных с рядком.

Расположение деревень на шведских картах реки Невы 1681 и 1701 гг. определило направленность работ при проведении разведочных археологических исследований в Усть-Ижоре в 1989 г. (рис. 74). Раскопки показали, что культурный слой в условиях постоянного землепользования оказался основательно перепахан. Судя по всему, во времена Невской битвы территория в устье реки Ижоры не была заселена. От срубных деревянных построек каких-либо следов в земле не осталось. Поэтому места расположения средневековых поселений определялись лишь по находкам того времени, в первую очередь, керамического материала, и насыщенности культурного слоя другими следами жизнедеятельности.


Рис. 74. Расположение деревень в устье Ижоры на шведской карте реки Невы 1681 г.


Керамические находки представлены фрагментами красноглиняных и бело глиняных горшков, датируемых типологически XV–XVI вв. Их обнаружили в пяти местах, в целом совпадающих по расположению с деревнями, обозначенными на шведских картах XVTI в. Вероятно, эти же поселения упоминаются и в писцовых книгах. Археологические находки показывают, что возникли они ранее – в XV в., а возможно, и в XIV в., что свидетельствует о стабильности поселенческой структуры здесь в периоды позднего средневековья – нового времени. Сходная керамика была обнаружена во время разведочных раскопок в Усть-Славянке. Здесь же был обнаружен железный светец. Преемственность обитания определялась пригодностью земель для жизни и ведения хозяйства, поэтому первоначально освоенные территории становились центрами агломераций, вокруг которых по мере роста населения развивалась зона земледельческого освоения. Деревни включали обычно 1–2, иногда до 10 дворов, а их плотность на определенной территории определялась во многом возможностями использования ее природных богатств.

Археологические находки позднесредневекового времени и карты XVII в. позволили определить местоположение отдельных деревень в устье реки Ижоры и в какой-то мере реконструировать существовавшую здесь поселенческую структуру. Две деревни находились на левом берегу реки, в пойме. Одна из них стояла у самого устья – на месте современных храма и кладбища. Не исключено, что прицерковное кладбище возникло на месте более древнего могильника допетровского времени. Может быть, здесь же погребены и шведы, погибшие в Невской битве. Вторая деревня, судя по находкам керамики, располагалась на 100 м выше по течению Ижоры, за ручьем, впадавшим в нее. Возможно, на склоне или даже на краю надпойменной террасы. Вблизи этого места – еще в 100 м выше по течению – у берега реки был найден медный нательный крестик XVI–XVII вв. (рис. 75, 76).

Еще три поселения находились на правой стороне. Первое – в пойме, на самом мысу у устья, второе – на возвышенном берегу Ижоры, всего в 70 м от первого, где во время Невской битвы мог располагаться шведский лагерь, а в XVIII в. находилась земляная крепость. Третье поселение – на высоком берегу Невы за оврагом с протекавшим по нему ручьем. В народной традиции он называется Скопцовым овражком. Скопцы, помимо прямого значения слова, могли быть представителями секты, часто занимавшимися торговлей и ростовщичеством.


Рис. 75. Археологические находки позднесредневекового времени из Приневья.

Усть-Ижора.

1 – фрагменты керамических сосудов, 2 – грузило рыболовное керамическое, 3 – медный нательный крестик XVI–XVII вв.


Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное