Они лучше

Москва 1975 года для меня – это Ленин в Мавзолее и Бородинская панорама. Также – первый балет в Большом и первый скрипичный концерт в Большом зале московской консерватории – мне была совершенно непонятна музыка, а стулья были очень скрипучими – я боялась пошевелиться, еле дождалась перерыва и сбежала. В Москве в том же году я увидела впервые рок-концерт, на спортивной арене, главным воспоминанием от которого осталось то, что первые два ряда зрителей вдруг начали ломать свои стулья и кидать обломки в музыкантов. Это и первый забег на лыжах в парке и первый спуск на лыжах с горки на замерзшей Москва – реке. А еще в Сокольниках выставляли Мону Лизу – настоящую, из Лувра! Но главное для меня тогда, в 1975 было – это накрасить глаза и пойти на танцы. Тогда это называлось ВЕЧЕР. Видимо, не только для меня, потому что этих самых ВЕЧЕРОВ было – сколько душе угодно.

Но вернемся на Киевский вокзал в 1985 году. Села я на электричку и приехала в какой-то дачный поселок. Название не помню. Конечно, он не был как современные поселки Рублевского типа. Но и не нарезанные кусочки по 2 сотки – нет. И не просто деревня. Этот поселок был красивый, как картиночка. Домики все вроде и деревенские, но очень ухоженные, в русском стиле, без признаков активного ведения сельского хозяйства. Так как хозяйка квартиры на Беговой была генеральской вдовой, значит, поселок все же был элитным. Было 4 февраля 1985 года, понедельник. Видимо, кто приезжал на дачу на выходные, уехали, каникул в школе тоже не было. Поэтому красота поселка была подчеркнута необыкновенной, звенящей тишиной. Ни души! Никого! Иду – совершенно одна, совершенно. Схема пути нарисована на листочке моим папой. А третьим обстоятельством потрясающей красоты поселка была зима. В Москве тоже зима, но не такая. Здесь снег был чистым, пушистым, сверкающим. Морозец был легкий. Тихо падали настоящие огромные снежинки, красивые как в сказке! И вот иду я абсолютно одна, поскрипывает снежок под ногами. Легко и хорошо дышится. И вдруг я увидела вдали, в конце улицы, что навстречу мне идет кто-то. Важно идет. Степенно. Пешком. Ровно посередине тротуара, вразвалку. Не спеша. Черный ворон. Я похолодела от ужаса. Такой огромной птицы я не видела даже в зоопарке. Этот экземпляр был крупнее добротного индюка. Это не просто ворона городская, нет. Это именно ворон, черный как смоль. Копия во

рона из мультфильма Снежная королева 1957 года, режиссера Льва Атаманова. Какой у этого пешехода – ворона был клюв! Огромный клювище. При желании он таким клювом мог бы разбить мою голову, как грецкий орех. Я напряглась. Приближаемся друг другу. Осталось метра два, я слегка посторонилась. Ворон поравнялся со мной, даже не удостоил меня взглядом, и важно прошагал мимо. Я остановилась и смотрела вслед этому гордецу, пока он не дошел до конца улицы и не свернул в переулок. Пешком.

За три месяца жизни в Москве в тот год, я ежемесячно ездила в этот поселок вносить квартплату. Но больше я этого черного красавца не встречала. А ведь он меня очаровал. Я много лет вспоминаю иссиня черный блеск его оперения, гордую походку и потрясающие размеры.

Прошли три месяца в Москве, и я вернулась в Душанбе. Прощай, Москва. Я видела ее в последний раз, будучи с душой НАЛЕГКЕ. Все последующие свидания с Москвой уже были на изломах моей судьбы, на надломе моих переживаний.

Москва – это необыкновенный город, учитель жизни и наставник души, где начинаются и заканчиваются исторические эпохи. Хоть и говорят, что Москва не резиновая, смею вас уверить – она именно резиновая. Где есть все для всех. И всем есть место.

Здесь можно многое узнать, многое увидеть, много потерять, многое приобрести. Здесь все необычно. И здесь даже птицы – как герой моего рассказа – черный ворон – иногда запросто ходят пешком.….

Октябрь 2013 года