Опасная клятва

— У них там хорошая защита, не бойся, с трассы ты не вылетишь, на самых опасных участках стоят ограничители, каждый флаер летит в своём коридоре. Так что практически всё как в учебной кабине, — давал последние наставления Семён Яковлевич, поднявшись по лестнице к самому люку, следя за тем, как Серафима усаживается в кресло пилота.

— Вы будете отключать свой тилинг? — спросил на атландийском механик, указав рукой на браслет Фимы, который та надела поверх выданного ей комбинезона.

— Нет, — покачав головой в ответ, она надела шлем.

— Нам разрешили, — встал на её защиту Гаврилов.

Атландиец неопределённо пожал плечами и постучал легко по шлему, требуя ответа, всё ли работает. Фима ему кивнула, и мужчины спустились с флаера, быстро отбежав под защиту перегородки.

— Не волнуйся, — раздался голос учителя в наушниках шлема, и Фима очередной раз кивнула.

Включив все нужные тумблеры, она проверила показатели, затем синхронизировала тилинг. Когда со всеми манипуляциями было закончено, девушка оглянулась на соперников, их было всего три. Занятая подготовкой к старту, она не видела кто они, поэтому спросила у Гаврилова.

— Ход, Тманг, Чак, — перечислил ей учитель, опуская уважительное обращение. — Все опытные боевые пилоты, так что не расстраивайся, если будешь последней.

— Мне показалось, соперников должно быть десять? — нервно шепнула она в микрофон.

— Это первый заезд, тренировка. На соревновании так же, в несколько этапов, смотрят на время, так что имей в виду, у тебя одна попытка.

Теперь всё стало ясно, и девушка шумно выдохнула, собираясь с мыслями. И вот на экране начался отчёт, Фима подняла флаер над землёй, затем череда сигнальных огней и старт!

Спидометр накручивал цифры, уровни показывали высоту, а виртуальный экран пестрел подсказками, которые давал тилинг, рассчитывая траекторию полёта. Всё ровно так же, как в кабине, даже по ощущениям, и девушка, успокоив своё сердце, полностью погрузилась в процесс, желая догнать лидеров. Она шла второй. Чей-то флаер упорно лидировал с большим отрывом, а Фима, как заяц, скакала со второго места на третье и обратно. Всего нужно было сделать десять кругов, и девушка, привыкая к трассе, наращивала скорость, выигрывая для себя доли секунд, бережливо складывая их в целые секунды. Кем был лидер несложно прочитать — Ход. Тем обиднее оставаться у него в хвосте. Фима сама не поняла когда вошла в раж, давно забытое чувство из далёкой, казалось бы, юности — драйв. Выжимать максимум, чтобы быть первой. Лететь на пределе возможностей флаера, чтобы доказать всем, что ты лучшая. Пейзаж размывался в калейдоскоп, лишь сетка курсивов, да световые границы защитных туннелей были ориентиром.

Последний круг оказался самым сложным, так как Фиме удалось дотянуть до скорости Хода, и в какой-то момент сравняться с ним. Девушка уже видела финишную прямую, как вдруг яркое воспоминание ворвалось в память, и мир погрузился во тьму.

Ход первым пересёк финишную линию и резко затормозил свой флаер. Он видел, что флаер землянки замер как вкопанный, и в него чуть не влетел Чак. Уклоняясь от столкновения, он угодил в щит и перевернулся. Иорлик благополучно затормозил, не долетая до препятствия.

Ходу хотелось разобраться, что случилось, ведь она же чуть не выиграла у него!

Флаер Заречиной так и висел над землёй, но Дантэн с лёгкостью забрался на его крыло, а затем, набрав экстренный код, открыл крышку люка. Земляне громко кричали, спускаясь вниз с трибуны, и Ход отвлёкся на приказ не выпускать их на трассу. Он забрался в кабину, снял шлем с головы девушки, отмечая закрытые глаза и капли пота на лбу.

— Что с ней? — раздался голос Иорлика, который так же, как и Ход, забрался в кабину, только с другой стороны.

— Без сознания, — констатировал Дантэн. Он проверил пульс, поднял веки. — Да, просто без сознания.

— Переутомление? — обеспокоился Иорлик, нервно сжимая трезвонивший комфон.

— Возможно, — согласился с его словами Дантэн.

— Зачем ты её доводил? — шёпотом накинулся старый атландиец на своего бывшего ученика.

Ход недовольно прищурился, прожигая гневным взором Тманга.

— Не надо вешать на меня то, в чём я не виноват. Это ваша затея пригласить землян, это вина её преподавателя, который не следил, как она отдыхает, в конце концов, она сама виновата, раз довела себя до истощения, я тут ни при чём, я отвечаю за свои поступки, а вы, смотрю, совсем утратили силу.

Высказавшись, чем ужасно оскорбил старика, Ход нажал кнопку на своём тилинге и синхронизировался с браслетом Фимы.

— Ты что делаешь? — возмущённо зашипел на него Иорлик, когда понял, что задумал Дантэн.

— Беру вашу ответственность на себя, омер, — процедил Ход, абстрагируясь от внешних раздражителей.