Оперативное искусство Советских ВВС в Великой Отечественной войне

Во-первых, это объяснялось малочисленностью, дневной бомбардировочной авиации, а в первом периоде войны — и штурмовой авиации как главного средства борьбы с ВВС противника на аэродромах. Основные усилия бомбардировщиков и штурмовиков, как известно, сосредоточивались на уничтожение живой силы и боевой техники врага на поле боя и в ближайшем тылу. Не удивительно поэтому, что удары по аэродромам противника больше всего применялись, в периоды оперативных пауз, а не в ходе операций, когда соединения штурмовой и бомбардировочной авиации привлекались главным образом для поддержки сухопутных войск.

Во-вторых, это объяснялось отсутствием у нас до 1944 г. истребителей дальнего сопровождения, без которых действия днем по объектам тыла, в том числе по аэродромам, сопровождались большими потерями.

В-третьих, малый удельный вес ударов по аэродромам объяснялся сложностью отыскания замаскированных полевых аэродромов и трудностью организации действий по ним. Чтобы обеспечить высокую эффективность ударов, необходимо было проводить большой комплекс подготовительных мероприятий (тщательно осуществлять разведку и доразведку аэродромов, организовывать взаимодействие между группами самолетов, подавлять средства ПВО на маршруте и в районе цели, проводить мероприятия по достижению внезапности и пр.), на что не всегда хватало времени, сил и средств. Малейшее же [95] упущение какого-либо из этих вопросов приводило к тому, что боевые действия по аэродромам оказывались неэффективными: и сопровождались большими потерями нашей авиации.

Наконец, отмечалась некоторая недооценка этого способа борьбы отдельными авиационными и общевойсковыми командирами и военачальниками. Она была вызвана недостаточной их уверенностью в высокой эффективности ударов по аэродромам, которые подчас наносились без контрольной воздушной разведки с фотографированием объектов, подвергшихся налетам. Доклады же экипажей не всегда были точными, вызывали недоверие к результатам ударов. Другие способы борьбы за господство в воздухе применялись в ходе войны крайне редко. Правда, задача разрушения приаэродромных складов ГСМ и боеприпасов, командных пунктов и радиотехнических средств управления, а также вывода из строя взлетно-посадочных полос частично решалась при уничтожении самолетов противника на стоянках. Специальные же действия ВВС по уничтожению этих объектов, как правило, не практиковались.

Не получили распространения и способы разрушения центров по подготовке летных кадров и предприятий авиационной промышленности, хотя они рекомендовались нашими довоенными уставами. С одной стороны, это можно объяснить большой удаленностью объектов авиационной промышленности Германии, а следовательно, и их недоступностью вплоть до 1944 г. для нашей бомбардировочной авиации, которая располагала ограниченным радиусом действия. С другой стороны, опыт второй мировой войны убедительно показал, что данный способ борьбы за господство в воздухе дает ощутимый результат лишь тогда, когда авиация способна надежно разрушить авиационные предприятия противника, а повторными налетами исключить их восстановление.

Действия же небольших сил бомбардировщиков при слабых средствах поражения желаемого эффекта не давали. К тому же многие авиационные заводы Германии были почти неуязвимы с воздуха, так как находились в подземных укрытиях и имели сильную ПВО. Иными словами, для вывода из строя авиационных предприятий требовались огромные силы бомбардировочной авиации и [96] истребителей сопровождения, которыми наша страна тогда не располагала.

А так как советская авиация одновременно не воздействовала на все звенья воздушной мощи противника, не наносила удары по его авиационной промышленности, центрам подготовки летных кадров, источникам горючего, гитлеровское командование имело возможность вплоть до лета 1943 г. восполнять потери своей авиации за счет воспроизводства самолетов и летного состава, а также за счет имевшихся резервов и маневра авиационных сил. Разгромленные на советско-германском фронте авиационные группировки восстанавливались. Борьба за стратегическое господство в воздухе, таким образом, приняла затяжной характер и увенчалась успехом только по истечении двух лет Великой Отечественной войны, когда потери противника, особенно в летном составе, стали намного превышать их воспроизводство и уже не восполнялись.