Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений

Васубандху далее добавляет, что обладание чувством нравственных ценностей (нгоца шейпа, ngo-tsha shes-pa) и совестливостью (тэлйо, 'khrel-yod) всегда сопровождает конструктивную умственную деятельность. Так в вере в благие качества нашего наставника как в факт и в нашу способность достичь этих свойств самим мы имеем чувство нравственных ценностей, которое включает признание и оценку положительных качеств и людей, обладающих ими. Наше чувство нравственных ценностей также означает, что мы пребываем в здоровом трепете, страхе (джигпа, 'jigs-pa) перед наставниками. Это не означает, что мы устрашены своими учителями или что мы бываем в остолбенении, затруднении и теряем чувство юмора, находясь вместе с ними. Скорее, наше почтение и трепет естественно делают нас обузданными и сдержанными в их присутствии.

Кроме того, у нас есть чувство совестливости, которое создает причину для того, чтобы устрашаться при мысли о такого рода поведении, которое бы порицали духовные личности. Однако тот страх, что мы чувствуем, нам не вредит. Он значительно отличается от испуга сделать что-то неправильно и быть сочтенным "плохим человеком", – того испуга, который только делает нас застенчивыми и тревожными. Скорее, наш страх при помысле вести себя ненадлежащим образом, толкает нас на конструктивное поведение.

Асанга объяснил нгоца шейпа как чувство чести и тэлйо как чувство стыда. Вера в то, что благие качества наставника – это факт, содержит в себе чувство чести или собственного достоинства, которое не позволяет нам очернять их или же совершать глупости с нашей собственной стороны. Далее, она содержит чувство стыда, которое удерживает нас от действий отрицательных или нелепых, что могло бы вызвать неблаговоление, замешательство или разочарование тех, кого мы почитаем больше всего, – нашей семьи, наших учителей, наших друзей. Мы воздерживаемся от таких постыдных действий как в общем, так и в особенности в своих отношениях с нашими наставниками.

Отношение между верой в истинность факта и симпатией к нему

Васубандху объяснял, что вера в истинность факта не означает необходимым образом счастья по этому поводу. Например, вера в то, что жизнь трудна, не означает, что нам нравится этот факт. С другой стороны, в ситуации с верой в тот факт, что наш наставник обладает благими качествами, мы можем находить удовольствие и чувствовать симпатию к нему (ней). Однако симпатия к кому-либо и нахождение удовольствия в его или ее качествах могут возникать вместе с вредными эмоциями и подходами или быть свободны от того и другого. Например, мы можем находить удовольствие в забавности своего новорожденного, но из-за пристрастия не сможем удержаться от того, чтобы показывать фотографии младенца каждому, кого встречаем. Однако тот тип удовольствия, которое мы находим в благих качествах своих наставников, должен быть свободен от всяких вредных эмоций и подходов, так же, как наша вера в то, что их обладание этими качествами – это факт, должна быть свободна от того и от другого.

Асанга отмечал другую причину, почему симпатия к кому-нибудь и очищающая ум вера в факты относительно человека не обязательно совпадают. Например, мы можем встретить шарлатана, который заявляет, что он – духовный учитель. Мы можем думать, что он высококвалифицирован, а он на самом деле – мошенник. Хотя мы можем очень сильно симпатизировать шарлатану, доверять ему как своему учителю и даже находить его вдохновляющим, наша вера относительно его качеств будет ложна. Это не редкость. В мире бизнеса люди часто оказываются обманутыми теми мошенниками, которых они находили приятными и внушающими доверие. Симпатия к кому-то не гарантирует, что мы уважаем качества этого человека заслуженно.

Медитация о гуру, таким образом, не требует от нас верить в то, что нечто ложное относительно учителя является истинным. Медитация свободна и от ограниченной наивности, и от неправильных соображений. Даже если нам нравится учитель, надо рассматривать его или ее качества правильным образом, без перенесения на них качеств или умений, которые у этого человека отсутствуют, или преувеличения, преуменьшения или отрицания тех, которыми он или она в действительности обладает. Хотя такое соображение, что наш наставник истинно имеет эти способности, и приносит нам комфорт и даже может делать нас счастливыми, но это счастье, что мы испытываем, омраченное, поскольку его подоплеку составляют заблуждение и ложные надежды. Его неизбежно разрушат расстройство и разочарование.

Твердая убежденность в факте