Читаем Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений полностью

Чтобы правильно понимать, что значит быть учеником в буддийском контексте, требуется знание о том, на какой стадии духовного пути человек может стать учеником надлежащим образом. Хотя классические тексты соглашаются друг с другом в необходимости духовных учителей для человека на каждой ступени на протяжении всего пути, духовные искатели начинают свое путешествие задолго до того, как становятся учениками квалифицированных наставников. Возникает много путаницы по этому вопросу, потому что мастера кадам, например, такие как Сангвечин, объясняли отношения ученика–наставника как «корень пути» и представляли эту тему с самого начала в текстах поэтапного пути (ламрим, lam-rim). Со временем Цонкапа и более поздние гелугпинские мастера продолжили этот подход. Однако помещение этой темы в основу их текстов не означает, что искатели должны вступать в отношения ученик–наставник на самых первых шагах своего духовного пути. Давайте проанализируем, что подразумевали эти учители.

В «Сущности великолепного объяснения интерпретируемого и безусловного смыслов» Цонкапа объяснил, что система классификации по трем циклам Дхармы (трем поворотам Колеса Дхармы) не указывает на хронологическую последовательность учений. Она указывает, скорее, на схему внутреннего деления, производимого в соответствии с главным предметом. Тема первого цикла – это «Четыре благородные истины», которые служат базой для учений, относимых классификацией ко вторым двум циклам. Подобным же образом и то место, которое находит Сангвечин для отношений ученика–наставника в качестве первой крупной темы в своем «Расширенном изложении последовательных этапов пути», не указывает на временнoе положение на пути. Оно просто указывает на его существенную роль как устойчивого основания для развития последовательных этапов духовной мотивации во всех ее наиболее полных формах.

В своей работе «Дверь в Учение» Сонам Цемо, второй из пяти основоположников сакья, объяснил, что прежде, чем построить отношения с духовным наставником, искатели должны распознать и узнать страдание в своей жизни и развить желание преодолеть его. Другими словами, им требуется элементарный уровень «отречения». В дополнение к тому, им требуется знание учений Будды о том, что практиковать и что избегать, чтобы уменьшить и устранить страдание, которое они хотят преодолеть. Только тогда искатели готовы установить серьезные отношения с духовным наставником, который поможет им достичь их цели.

Однако духовные наставники являются учителями, которые помогают ученикам достичь просветления. Поэтому прежде, чем установить отношения ученика–наставника, искателям нужно также иметь изначальный интерес к тому, чтобы стать Буддой на благо каждого существа. Это делается ясно из текстов индийского учителя Атиши, выразителя поэтапного пути и первоисточника традиции кадам. В своем «Автокомментарии на трудные пункты “Светильника на пути к просветлению”» Атиша первым упомянул отношения ученика–наставника в контексте развития бодхичитты. Более того, развитие махаянской мотивации бодхичитты предполагает по крайней мере начальный уровень надежного направления (прибежища) на Будд, Дхарму и высокореализованную общину – Сангху.

Пятый Далай-лама сделал эти пункты явными в своем тексте по поэтапному пути «Личные наставления Манджушри». Здесь он отстаивает необходимость и пригодность принятия надежного направления и развития бодхичитты прежде установления отношений ученик–наставник. Следуя его линии доказательства, Второй Панчен-лама в своем тексте «Скорый путь» изменил порядок цонкапинского «Большого руководства по этапам пути к просветлению». Чтобы отразить действительный порядок духовного развития, он поместил предварительные практики перед обсуждением отношений ученика–наставника. Предварительные практики включают принятие надежного направления и усиление у человека мотивации бодхичитты. Так понимание кадам/гелуг относительно поэтапного пути является совместимым с распространенными объяснениями кагью и ньингма, что установление надежного направления, бодхичитта и затем здоровые отношения ученика–наставника – это последовательность существенных предварительных практик для буддийского духовного прогресса.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тибетский буддизм
Тибетский буддизм

«Тибетский буддизм» — первое в российской и зарубежной науке исследование процесса укоренения буддизма в тибетское общество и государство VII–XVII вв.Рассматривая историю продвижения буддизма в Серединную Азию, автор задается целью ответить на вопрос, в силу каких именно причин и условий учение Будды Шакьямуни, возникшее в древней Индии, становится государственной религией Тибета, определившей исторические судьбы этой страны и духовные устремления ее народа.Автор ярко и исторически достоверно воссоздает этапы врастания буддийской идеологии в империи, населенной воинственными бесписьменными этносами и утверждавшей свое могущество средствами вооруженной экспансии. Читателям предстоит узнать, каким образом буддизм, закрепившись в геополитическом центре Серединной Азии, способствовал превращению некогда грозной и агрессивной тибетской империи в миролюбивую цитадель духовной культуры, распространявшей буддийское просвещение далеко за своими границами.Книга базируется на широком круге буддийских письменных памятников и уникальной информации, полученной автором в личных контактах с тибетскими и монгольскими учеными — носителями живой религиозной традиции.Простота и ясность изложения, обилие захватывающих историко-культурных сюжетов делают ее доступной и привлекательной для широкого круга читателей.

Елена Александровна Островская

Буддизм / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика
Ум и Пустота
Ум и Пустота

Эта книга составлена по материалам лекций живущего в России тибетского учителя геше Джампа Тинлея, прочитанных им в Москве в 1997–98 гг. Лекции связаны с основными темами буддийской философии – теорией достоверного познания и концепцией пустоты, или истинного видения реальности.Автор книги дает представление о взглядах четырех философских школ буддизма, постепенно подводя читателя к точке зрения высшей из них – Мадхьямики Прасангики. Все разъяснения основаны на традиционном для буддизма точном логическом анализе в сочетании с доступными и яркими примерами.При подготовке книги мы обращались к трудам признанных тибетских мастеров буддийской философии (Его Святейшества Далай–ламы XIV Тензина Гьяцо, Джамьяна Шепа, геше Лобсанга Гьяцо и геше Рабтена), а также к работам авторитетных западных исследователей буддизма, таких, как профессор Джеффри Хопкинс. Одновременно мы постарались сохранить живой авторский стиль лекций геше Тинлея.Учитывая тот факт, что система перевода буддийской терминологии на русский язык еще не окончательно разработана, мы допускаем, что в книге могут обнаружиться те или иные неточности. Заранее просим за это прощения.Выражаем благодарность членам Московского буддийского центра ламы Цонкапы, которые выступили спонсорами данной публикации.На подготовку этой книги мы затратили почти полтора года, и она далась нам не без труда. Надеемся, что она принесет пользу всем тем, кто интересуется буддийской философией, и посвящаем ее счастью и благоденствию всех живых существ.Майя Малыгина, Ксения Степаненко, Сергей Хосапрель 1999 года

Геше Джампа Тинлей

Буддизм / Религия, религиозная литература