Читаем Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений полностью

Хотя каждый имеет сильные и слабые стороны, вдохновение приходит от фокусирования только на чьих-то положительных качествах. Застревание на ошибках человека и обидах по их поводу просто вводит нас в гнев, печаль или разочарование. Оно и не является какой-то возвышающей нас деятельностью, и не приносит никакой радости. Поэтому, чтобы обрести вдохновение от духовных учителей, Сангваин учил, что мы должны фокусироваться единственно на их положительных качествах, невзирая на то, как много они могут иметь недостатков.

Цонкапа прояснил этот процесс. Фокусирование только на добрых качествах наставника не означает, что человек имеет одни лишь добрые качества. В медитации от учеников не требуется отрицать недостатки, которые их наставник в действительности имеет, но просто перестать обращать на них внимание. Например, "Суматриец" – Серлингпа, наставник Атиши, принимал в качестве высшего воззрения о пустоте объяснения, даваемые школой буддийской философии Читтаматры (только-ума). Атиша, со своей стороны, признавал, что трактовка Прасангики-мадхьямаки более точна. Основатель кадам никогда не отрицал этой разницы в их понимании реальности. Тем не менее, поскольку Серлингпа был главным его учителем, ответственным за развитие бодхичитты, Атиша снова и снова восхвалял сострадание и доброту своего наставника как непрекращающиеся источники вдохновения.

Аналогия со взглядом из окна на прохожего

Процесс фокусирования исключительно на благих качествах наставника при неотрицании его или ее недостатков напоминает процесс смотрения из окна первого этажа дома на кого-нибудь, проходящего мимо. Зритель видит только верхнюю часть тела прохожего. Это не значит, что у прохожего отсутствуют ноги и нижняя половина торса. Неполнота видения зрителя возникает из-за ограничений точки зрения. Когда мы фокусируемся в медитации на благих качествах нашего наставника, это подобно тому, как если бы мы вошли в дом и взглянули из окна: мы уже больше не воспринимали бы недостатков своего учителя. Недостатки все равно существуют, но ограничение поля зрения нашего ума в медитации защищает нас от видения того и другого одновременно.

Кроме того, ограничения, создаваемые окном, приводят к тому, что зритель видит нечто невозможное. Прохожий представляется как человек с одной только верхней частью тела, хотя, конечно, смотрящий знает, что это абсурдно. Подобным же образом, из-за ограничений наш ум дает происхождение обманчивым видимостям. Например, если бы нам надо было фокусироваться на недостатках нашего наставника, в этот момент они бы обманчивым образом представлялись как единственные качества, которыми он обладает. По обыденной жизни мы знаем, что именно так и происходит. Когда мы раздражены поведением друга и застреваем на его ошибках, тогда мы теряем всякое видение благих качеств нашего друга. Поэтому, чтобы избежать застревания на недостатках нашего наставника, мы фокусируемся в медитации только на благих качествах. Хотя в медитации ограниченные масштабы нашего ума заставляют благие качества представляться, как если бы они были единственными качествами, которыми обладает наш наставник, тем не менее, мы знаем, что обманчивая видимость возникает из-за этого фокусирования только на благих качествах.

Дальше, хотя для взгляда из окна на прохожего требуется выпустить из внимания нижнюю часть тела человека, это ситуация временная. Выйдя на улицу, смотрящий опять увидит все тело прохожего. Подобным же образом, хотя фокусирование в медитации только на благих качествах нашего наставника требует от нас временно игнорировать его недостатки, они проявляются опять, после того, как мы выходим из медитации. Теперь, однако, мы видим и то и другое. Видение обеих сторон наставника предотвращает нас от преувеличения той или другой стороны.

Как медитировать о благих качествах наставника

При медитировании о гуру в традиции кадам ученикам предлагается сосредоточиться на культивации и превращении в привычку двух умственных действий: переживания глубокой убежденности в благих качествах наставников и признательности за их доброту. Такое сознательное переживание относительно качеств и доброты наставников создает состояние ума, благоприятное для обретения вдохновения. Однако процесс действует, только если ученики медитируют правильным образом.

В "Большом руководстве к этапам пути" Цонкапа объяснил, что для правильной медитации требуется ясность относительно двух пунктов: на чем конкретно фокусироваться и как рассматривать объект сосредоточения. Или же, если использовать западный пример: когда человек хочет нарисовать апельсин, он может ошибочно сфокусироваться на яблоке, а не на апельсине. Кроме того, он может рассматривать апельсин больше как еду, нежели объект рисования.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тибетский буддизм
Тибетский буддизм

«Тибетский буддизм» — первое в российской и зарубежной науке исследование процесса укоренения буддизма в тибетское общество и государство VII–XVII вв.Рассматривая историю продвижения буддизма в Серединную Азию, автор задается целью ответить на вопрос, в силу каких именно причин и условий учение Будды Шакьямуни, возникшее в древней Индии, становится государственной религией Тибета, определившей исторические судьбы этой страны и духовные устремления ее народа.Автор ярко и исторически достоверно воссоздает этапы врастания буддийской идеологии в империи, населенной воинственными бесписьменными этносами и утверждавшей свое могущество средствами вооруженной экспансии. Читателям предстоит узнать, каким образом буддизм, закрепившись в геополитическом центре Серединной Азии, способствовал превращению некогда грозной и агрессивной тибетской империи в миролюбивую цитадель духовной культуры, распространявшей буддийское просвещение далеко за своими границами.Книга базируется на широком круге буддийских письменных памятников и уникальной информации, полученной автором в личных контактах с тибетскими и монгольскими учеными — носителями живой религиозной традиции.Простота и ясность изложения, обилие захватывающих историко-культурных сюжетов делают ее доступной и привлекательной для широкого круга читателей.

Елена Александровна Островская

Буддизм / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика
Ум и Пустота
Ум и Пустота

Эта книга составлена по материалам лекций живущего в России тибетского учителя геше Джампа Тинлея, прочитанных им в Москве в 1997–98 гг. Лекции связаны с основными темами буддийской философии – теорией достоверного познания и концепцией пустоты, или истинного видения реальности.Автор книги дает представление о взглядах четырех философских школ буддизма, постепенно подводя читателя к точке зрения высшей из них – Мадхьямики Прасангики. Все разъяснения основаны на традиционном для буддизма точном логическом анализе в сочетании с доступными и яркими примерами.При подготовке книги мы обращались к трудам признанных тибетских мастеров буддийской философии (Его Святейшества Далай–ламы XIV Тензина Гьяцо, Джамьяна Шепа, геше Лобсанга Гьяцо и геше Рабтена), а также к работам авторитетных западных исследователей буддизма, таких, как профессор Джеффри Хопкинс. Одновременно мы постарались сохранить живой авторский стиль лекций геше Тинлея.Учитывая тот факт, что система перевода буддийской терминологии на русский язык еще не окончательно разработана, мы допускаем, что в книге могут обнаружиться те или иные неточности. Заранее просим за это прощения.Выражаем благодарность членам Московского буддийского центра ламы Цонкапы, которые выступили спонсорами данной публикации.На подготовку этой книги мы затратили почти полтора года, и она далась нам не без труда. Надеемся, что она принесет пользу всем тем, кто интересуется буддийской философией, и посвящаем ее счастью и благоденствию всех живых существ.Майя Малыгина, Ксения Степаненко, Сергей Хосапрель 1999 года

Геше Джампа Тинлей

Буддизм / Религия, религиозная литература