Ордена Ивана Воробьева

Застучали ППД. Телефонист в углу дернулся и сполз по стене. Иван одним прыжком подскочил к столу и, схватив офицера за грудки, потянул на себя. Но тут обмерзшие за несколько суток валенки заскользили по полу, и младший лейтенант почувствовал, что его затягивает под стол.

— Ах, мать твою!.. — Он поднатужился и, наподдав коленом столешницу, перекинул через себя фашиста вместе со столом.

Офицер рухнул, потеряв сознание. В этот момент раздалось несколько приглушенных взрывов. Это означало, что почти полторы сотни захватчиков закончили свой путь по русской земле. Чугунные печки сыграли роль огромных гранатных рубашек, превратив все, что находилось в землянках — нары, солдат, их оружие — буквально в ошметки.

Спустя несколько дней, когда наши войска уже перешли в наступление, в батальон прибыл корреспондент фронтовой газеты, чтобы написать о состоявшемся поиске. Для такого случая со сборного пункта для военнопленных даже привезли того самого гауптмана. Корреспондент облазил опустевшие позиции немцев, к тому времени оставшиеся в тылу наступавших войск, даже отодрал приколоченные крест-накрест доски от дверей одной из землянок. Но в нос ударил такой густой трупный запах, что заглянуть внутрь никто не решился. Похоже, немцы даже не стали выносить останки погибших. А потом попросил младшего лейтенанта для фотографии вновь перекинуть через себя офицера. Хотя бы без стола. Разведчики ему все уши прожужжали о том, как немец летел под потолком землянки, будто ласточка. Иван смущенно усмехнулся, потом подошел к гауптману, схватил его за грудки и… отступил.

— Не, не могу. Больно тяжел.

Корреспондент опешил.

— Но ведь вы же его уже… того.

— Так это тогда. А сейчас не могу.

Пришлось газете обойтись без занимательного снимка.

За этот поиск младший лейтенант Воробьев получил один из первых орденов Отечественной войны.

А война продолжалась. Иван Воробьев прошел славный путь, закончив войну в звании старшего лейтенанта. Он несколько раз прыгал с парашютом в немецкий тыл, назначался начальником объединенного почетного караула советских войск в Бухаресте, был военным советником за границей. Служил он и после войны. Но те, первые, самые трудные военные годы навсегда остались в его памяти.