Оргазм, или Любовные утехи на Западе. История наслаждения с XVI века до наших дней

Основная цель мужчины в соитии — проникновение вглубь, в классической позиции сверху женщины. В «Академии дам» (ок. 1680)38 Туллия и Октавия воздают ей хвалу: «Скажи мне, — говорит Октавия, — есть ли что-нибудь слаще, чем лежать под любовником и чувствовать, как почти задыхаешься под тяжестью его тела? Ах, как это сладко, Туллия, когда любовники как бы умирают одновременно и тут же возрождаются! Те, кто предпочитает ласки сзади, наслаждаются сами, но те, кто предается ласкам спереди, вкушают совместное наслаждение». Здесь четко выражено неприятие анального полового акта. Туллия рассказывает, как в Италии любовник предложил ей проникновение сзади: «Никогда еще в меня не входил такой злой гость, я почувствовала нестерпимую боль!» Она закричала, и любовник сменил стратегию. «Онугвер-

Глава 3. Плотские радости — смертные грехи

дился в своем обычном месте и наполнил меня манной небесной, что в тысячу раз слаще нектара Богов». Однако «игра по-флорентийски» — название, возникшее от убеждения, что итальянцы «весьма склонны входить через заднюю дверь», — не отвергается абсолютно. Та же Туллия описывает более приятный случай: «Он играл своим членом с моими ягодицами и то вводил, то вынимал его, отчего я испытала сладкий зуд». Быть может, это чувственное удовольствие связано с частым использованием клистира? Однако нравственные доводы отвергают наслаждение сзади. Все та же Туллия утверждает, что это «нечистое удовольствие», потому что оно не дает зачать человека, а «грязное сладострастие», которое как бы убивает еще не рожденного ребенка. Авторы эротических текстов охотно говорят о наслаждении, но как об условии наиболее благоприятного зачатия; здесь они следуют медицинским представлениям эпохи. Кроме того, «глубины заднего прохода» не слишком приятно пахнут, и те, кто любят анальный акт, просто «хотят насытить сладострастный аппетит», так как, по мнению Туллии, «вход сзади более узок, чем вход спереди, а у итальянок и испанок влагалище гораздо шире нашего»39.

Мужская сексуальная мораль очень ярко представлена у Клода де Шовиньи, барона де Бло-Леглиза, приближенного Гастона Орлеанского. Он родился в 1605 и умер в 1655 году. Он прославился как распутник и вольнодумец во всех смыслах этих слов: многочисленные враги рассказывали о его дебошах и о его атеизме. Он пренебрегал всеми упреками, отрицал бессмертие души и существование рая. В одной из песенок 1643 года он вывалял в грязи Анну Австрийскую, по слухам, любовницу первого министра — Мазарини.

1 lb А

Мазарини — славный парень,

Не простаивают даром

У него мудя.

Когда ими потрясает,

Он корону сотрясает,

Только говорят,

Что испанке то не мило -

Сицилиец наш, педрило,

Любит в зад совать.

И ее досада гложет,

Что она его не может

В задницу послать.

В 1652 году он решил извиниться и не нашел ничего лучше, как обратиться к оскорбленной королеве со следующими стихами:

Увы, ославили меня! Вы не сердитесь, бога ради! Ваш зад почтение внушает., Ваш передок огнем пылает, Увы, ославили меня! Е...итесь спереди и сзади, И не сердитесь на меня! *

Он не пощадил в стихах даже своего покровителя, чьи гомосексуальные наклонности были известны всем. Однако Гастон Орлеанский защитил его, и барон де Бло смог спокойно умереть в своей кровати, яростно высказав напоследок в нескольких стихотворениях свой жизненный принцип:

Что до меня — ем, пью, пою, Имею все, что попадется. (1648)

Знаю я, что счастлив тот, Кто е...тся, ест и пьет. (1650)t;

|У Господа хочу просить Лишь одного: Е...ться, пить, И в зад е..., И ни во что не верить... И быстрой смертью, Быстрой смертью Умереть. И, наконец, последняя насмешка: Нам надо в Раи попасть, Где каждый поимеет ангелочка, Их передок благоухает как цветок40. * лить, есть и совокупляться — вот в чем видит он главное наслаждение жизни, не считая удовольствия ходить по лезвию бритвы, так как высказывания барона де Бло вполне могли стоить ему жизни: кроме всего прочего, он нападал на Мазарини и называл королеву шлюхой. Другие — что знатные, что простолюдины — часто попадали на костер и за меньшие прегрешения.