Якобиты — приверженцы свергнутого в 1688 г. в ходе «Славной революции» с трона английского короля Якова II Стюарта и его потомков. Выступали за реставрацию на английском престоле дома Стюартов. Два раза (1715 и 1745 г.) якобиты предпринимали открытое восстание, но безуспешно. При Георге III партия якобитов перестала существовать. —
Важным моментом оставалась социальная престижность службы в кавалерии, причем это касалось не только офицеров. В XVIII в., например, во французскую кавалерию записывали лучших из рекрутов, и они получали большую плату по сравнению с пехотой.
Кавалерийские сражения оставались важным элементом и заокеанских завоеваний европейцев. Один из англичан, участников разгрома войска княжества Майсор в сражении при Серингапатаме в 1792 г., писал:
На протяжении долгого времени воздействие на противника огнем и холодным оружием, как в пехоте, так и в кавалерии, оставалось основным тактическим приемом.
Карты
«Адмиралтейство отправило в Южную Америку корабль “Бигль” с Дарвином на борту не потому, что интересовалось проблемами эволюции, а из-за того, что понимало: первым шагом к пониманию мира (а затем и управлению им) является нанесение его на карту».
ПОТРЕБНОСТИ ВОЙНЫ СТИМУЛИРОВАЛИ РАЗВИТИЕ КАРТОГРАФИИ, и, в свою очередь, наличие карт оказывало огромную помощь в разработке планов кампаний и сражений. История картографии во многом связана с потребностями военного дела, многие из карт были сняты при поддержке военных организаций или для исключительно военных целей. Армии европейских государств играли ключевую роль, но вне Европы о картографировании тоже не забывали. Так, во второй половине XV в. османская армия заложила традиции военно-разведывательной картографии, а в Южной Азии на карты были нанесены многие крепости.
В Европе основы картографического дела возникли не в военных структурах, но именно они смогли нанести на карты разных масштабов огромные территории: армии располагали для этого желанием и ресурсами, а также обладали соответствующими структурными подразделениями. Владычество европейцев на морях неуклонно росло с XVI в. во многом благодаря тому, что именно европейцы открыли способ изображения земной поверхности на плоскости, позволявший достаточно точно планировать расположение сил и их передвижения.
В 1569 г. фламандец Гарардус Крамер (1512–1594) — его латинизированное по моде того времени имя звучало как Меркатор — изобрел проекцию, отражающую поверхность Земли в виде цилиндра. В этом изображении меридианы были параллельны, а не сходились к полюсам, как в действительности. В результате полюса были «расширены» до той же окружности, какую имеет экватор: это позволило увеличить изображение внетропических регионов до размеров тропиков. Учитывавшая степень кривизны поверхности Земли проекция Меркатора сохраняла необходимые угловые размеры и позволяла сохранять точность изображения в любой точке карты, то есть решала ключевую задачу навигации. При этом, однако, масштаб изображения на карте не был постоянен, а размеры искажались. Между тем эта особенность не составляла проблемы для европейских властителей и купцов, интересовавшихся прежде всего захватом и эксплуатацией земель, лежащих в средних широтах к западу (Америка) и востоку (Южная Азия). Европейцы готовы были предпринимать дальние плавания, если они сулили коммерческую выгоду и достаточную прибыль, позволявшую потом забраться еще дальше. Они применяли карты, составленные в проекциях, оптимальных для ориентации с помощью компаса, прокладки курса и использования ориентиров, особенно в средних широтах.