Ошимское колесо

– Это? – Дубль раскрыл пальцы, так что предмет оказался на его ладони. – Девушка бросила это в меня, пока я организовывал всё в церкви.

– Священный камень! – Отцовский священный камень, если быть точным.

– Да. Одна из сестёр де Вир бросила его. Скоро я верну его ей. – И снова та чуждая ухмылка. – Полагаю, она думала, что кардинальский символ может иметь надо мной какую-то власть? Как там говорят? Пусть та, кто без греха, бросит первый камень? Но вряд ли сёстры де Вир до сих пор невинны, не так ли? А ваш отец всегда был неважным кардиналом…

– Почему бы тогда тебе не отдать его мне? – Мне нужна была отцовская печать, чтобы защититься от сестры, если она прорвётся – когда она прорвётся. Смерть Дарина чуть не открыла ей дверь, в которой она нуждалась, а с таким количеством смертей в городе ей будет только проще. Марко сказал, нужна кардинальская печать, но другие символы должности были почти такими же священными, и вполне могли сгодиться.

– Это? – Дубль поставил лампу на опору перил, которые шли вдоль лестничной площадки. Переложил священный камень из руки в руку, как нежить, наслаждавшаяся моментом власти. Наверное, его раздражало служить в доме моего отца на такой низкой должности, скрывая всё время свои таланты. – Думаешь, я не знаю, зачем он тебе нужен? – Дубль держал камень за ручку из тёмного металла, которая повторяла изгиб чёрной металлической формы. – Сестра, – сказал он. – Сестра… – насмешливо протянул он. – Печать вашего отца помогла бы лучше, но с ней уехал архиепископ Ларрин. Сбежал, зараза. Если бы я поймал его, то у меня был бы полный набор, от певчего до архиепископа.

Уголком глаза я видел, как Снорри сражается с узами, сковывавшими его. Он слишком долго пробыл в Аду, погружённый в сухость мёртвых земель, и некромантия будет иметь власть над ним, пока мир живых не примет его полностью обратно. Чудище Дубля снова начало двигаться.

– Стой! – Крикнул я. Вы удивитесь, как часто это срабатывает.

Паук из плоти помедлил, и Дубль поднял брови, предлагая мне продолжать.

– Не мог бы ты положить священный камень моего отца? Не хочу повредить его, когда буду тебя убивать. – Я поднял меч. Бравада в качестве замедляющей тактики ничуть не хуже мольбы. Мне нужно было лишь несколько минут, пока Снорри не сбросит заклинание некроманта.

– Пожалуй, принц Ялан, я не буду с вами спешить. – Дубль рассматривал священный камень. – Вы понятия не имеете, как скучно ожидать членов вашей семьи. Как тяжело кивать и кланяться сборищу настолько напыщенных болванов, раздутых от неуместного самомнения… – Он сильно ударил камнем по балясине, сердито посмотрел на него, а потом махнул своей твари прикончить меня.

– А с другой стороны, оставь камень себе. Вряд ли ты можешь его повредить. – Хотя мне и нужна была эта штука, но я бы предпочёл провести минуту, наблюдая, как Дубль бьёт ей по балясине, чем один на один сражаться с его уродливым монстром.

Дубль попался на эту удочку. Я и не ожидал, но всё же продолжал играть, мучительно выкрикнув "Нет!", когда он ударил камнем по стене. Задир надо по возможности избегать, но иногда их жестокость даёт возможность ими манипулировать.

– Нет! – вскричал я, словно он бил моего ребёнка об косяк. Когда ему, наконец, удалось оттянуть от камня какой-то маленький кусочек – некий металлический штырь – я больше всех удивился, увидев, как эта штука целиком осталась в его руке. Я-то всегда думал, что священный камень – это железный ананас, который ничем не повредить.

– Вот! – Ухмыльнулся он. – Сомневаюсь, что он всё ещё священный. А вы как думаете, принц Ялан?

Не помню, что я ему ответил. На самом деле следующее, что я помню – это как я лежу горизонтально на кровати, в комнате с потолком, закрытым дубовыми панелями.

– Что? – Я всегда был не очень-то изобретательным по части вступительных слов, приходя в сознание.

В поле зрения надо мной вплыла Лиза де Вир. Я резко уселся, чуть не разбив ей нос своим лбом. В ногах кровати стояла Миша, держа Нию у груди. Снорри стоял в дверях спиной к нам.

– Дубль! – Я похлопал по бедру, надеясь найти там рукоять меча. – Где Дубль?

Лиза указала влево и чуть вверх, Миша – вправо и вниз. Казалось, обе они говорили одновременно, но я не мог разобрать ни слова из-за звона в ушах. Шатаясь, я слез с кровати, нашёл свой меч на комоде поблизости и оттолкнул Снорри в сторону.

Снаружи на лестничной площадке висел едкий дым. Десять ярдов перил исчезли, остались только расщепленные пеньки. Паук из плоти, похоже, снова стал множеством разбросанных конечностей, и я понял, что обе сестры технически верно указали на расположение Дубля. Разные его части виднелись на стенах по обе стороны от двери.

Снорри сказал что-то, но я разобрал только слово "взорвался".

– Святый Боже! – Я повернулся. – Давайте убираться отсюда!

– Куда? – Увидел я, как кричит Снорри, хотя и не мог разобрать его слов.