Читаем Османская империя полностью

На рубеже XV–XVI вв. в Османской империи имелись и безусловные феодальные частные владения, именовавшиеся мюльками. Обычно мюльковые земли принадлежали членам правящей династии, крупным сановникам и военачальникам, представителям старой феодальной знати в бейликах Анатолии, покоренных османами. Такие владения возникали в результате дара султана, чаще всего за особые заслуги или как проявление его благорасположения. Мюльковые владения гарантировали сановнику крупные доходы и положение в османском феодальном обществе даже в случае утраты им государственной должности. Мюльки бывали разных размеров, наиболее крупные занимали огромную площадь, включали много деревень. Так, один из крупных сановников XVI в., Рустем-паша, был владельцем десятков поместий (чифтликов) в Румелии и Анатолии. В мюльковую собственность могло входить и недвижимое имущество в городах. О характере права собственников мюлькового имущества можно судить по тому, что при строительстве крупных мечетей в Стамбуле в XVI–XVII вв. не раз бывали случаи, когда казна специально выкупала земельные участки или попадавшие в связи со строительством под снос здания у их владельцев. Мюльковая собственность могла свободно продаваться или передаваться по наследству, обладание ею не связывалось с какой-либо государственной службой.

Огромные земельные владения и масса недвижимого имущества в городах империи находились в ведении мусульманского духовенства. Это были неотчуждаемые владения, именовавшиеся вакуфами и складывавшиеся в результате передачи в распоряжение мусульманских религиозных учреждений части владений султанов, а также многих мюльковых земель. Владения, переданные в вакуф, гарантировали учредителям вакуфа определенную долю дохода и право пользования этими доходами для его наследников. Стремление многих собственников гарантировать устойчивые доходы под защитой религиозных учреждений привело к тому, что к XIX в. вакуфные земли составляли почти треть всех обрабатывавшихся земель в Османской империи. Поля и сады, жилые дома и богоугодные заведения, мельницы и караван-сараи, многие другие виды недвижимого имущества оказались в ведении духовных феодалов. Это придало мусульманскому духовенству еще большую силу и влияние.

Основой экономики Османской империи на протяжении всей ее шестивековой истории было сельское хозяйство. Труд крестьян обеспечивал все – доходы государственной казны и тимариотов, военное могущество государства и потребности армии, бюрократии и духовенства. Поскольку концентрация земельных владений в руках феодалов была в Османской империи весьма высокой (в конце XV в., например, тимарные земли были в руках всего 10 тыс. владельцев), от обычного тимариота, а тем более от владельцев зеаметов и хассов находились в феодальной зависимости крестьяне десятков, а порой и сотен деревень.

Для Османской империи не было характерно крупное поместное хозяйство, ибо военно-ленная феодальная знать разных рангов сама хозяйство не вела, будучи занята своими воинскими обязанностями и большую часть времени проводя в захватнических походах султанов. Землю обрабатывали крестьяне, которые получали участки от феодалов на условиях издольщины – обязательства отдавать землевладельцу определенную часть урожая. Площадь земельных участков, которые тимариоты должны были выделять своим крестьянам, определялась законом в размере от 6 до 16 гектаров на семью. Обычно размер надела зависел от качества земли, передаваемой в обработку. При первоначальной передаче участка крестьянин должен был платить тимариоту специальный денежный сбор – тапу. Законы предусматривали наследственный порядок пользования земельными участками, причем при передаче надела по наследству тапу уже не взимался.

Чрезвычайно разнообразны были природные условия провинций Османской империи. Европейские провинции отличались плодородием почв. В большинстве районов этой части империи обширные земельные массивы с конца XVII в. использовались под посевы кукурузы, которая шла не только в пищу людям, но и на корм скоту. Разводили в этих краях также рожь и пшеницу, ячмень и овес, многие садовые и бахчевые культуры, различные сорта табака. Главной тягловой силой здесь были буйволы. Огромные стада домашнего скота, в основном овец, коз и свиней, составляли еще один источник благосостояния края. В изобилии была здесь домашняя птица, широко было распространено пчеловодство.

Основной житницей азиатской части Османской империи была Западная Анатолия. Земля давала там богатые урожаи пшеницы, ржи, овса и ячменя, кукурузы и различных бобовых культур, льна, мака, аниса, почти всех основных садовых и бахчевых культур, в том числе цитрусовых.

В Западной Анатолии, как и во многих других районах Малой Азии, традиционно процветавшей отраслью сельского хозяйства было шелководство. Весьма развито было и скотоводство, в котором преобладало разведение различных пород овец и коз.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизации в мировой истории

Османская империя
Османская империя

Османская империя на протяжении нескольких столетий была великой державой, чьи владения в период расцвета XVI–XVII вв. распространялись на Европу, Азию и Африку. Захватив в 1453 г. Константинополь, османские султаны дополнили свой титул титулом «император ромеев», утверждая преемственность Османской империи не только от Арабского халифата, но и от Римской империи. Турецкие войска в XVI в. нанесли поражения Венецианской республике, Венгрии, Чехии Польше и даже Священной Римской империи и в 1529 г. осадили Вену. На вершине своего могущества империя простиралась от ворот Вены до Персидского залива, от Крыма до Марокко. В XVII в. турки захватили территории к западу от Днепра и стали основным противником Российской империи на два последующих столетия. Османская империя просуществовала до 1922 г. и пережили все другие великие империи Европы – Российскую, Германскую, Австро-Венгерскую – кроме Британской.Как возникла Османская империя? Как небольшое азиатское государство стало самой сильной империей Европы и Азии во времена султана Сулеймана Великолепного?

Юрий Ашотович Петросян

Государство и право

Похожие книги

Как взять власть в России?
Как взять власть в России?

Уже рубились на стене слева от воротной башни. Грозно шумели вокруг всей крепости, и яростный рев раздавался в тех местах, где отчаянно штурмовали атакующие. На стене появился отчаянный атаман, и городской воевода наконец понял, что восставшие уже взяли крепость, которую он давно объявил царю всея и всея неприступной. Три сотни дворян и детей боярских вместе с воеводой безнадежно отступали к Соборной площади, в кровавой пене теряя и теряя людей.Это был конец. Почти впервые народ разговаривал с этой властью на единственно понятном ей языке, который она полностью заслуживала. Клич восставших «Сарынь на кичку!» – «Стрелки на нос судна!» – валом катился по царству византийского мрака и азиатского произвола. По Дону и Волге летел немой рык отчаянного атамана: «Говорят, у Москвы когти, как у коршуна. Бойтесь меня, бояре, – я иду платить злом за зло!»

Александр Радьевич Андреев , Максим Александрович Андреев

Военная история / Государство и право / История / Образование и наука
Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII – 1-й четверти XIX вв. Опыт сравнительно-исторического анализа. Часть 2
Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII – 1-й четверти XIX вв. Опыт сравнительно-исторического анализа. Часть 2

Монография посвящена сравнительному анализу российского и зарубежного конституционализма, а также основных направлений эволюции европейского и российского абсолютизма во 2-й половине XVIII – 1-й четверти XIX вв. В первой части монографии даётся характеристика конституционализма как течения общественной мысли, рассматривается его соотношение с идеологией Просвещения, либерализмом и масонством. При этом конституционализм рассматривается как один из вариантов модернизации традиционных абсолютных монархий наряду с «просвещённым абсолютизмом», «просвещённым деспотизмом» и революционным вариантом. В связи с этим проводится сравнительный текстологический анализ конституций революционной Франции и конституций ряда европейских государств эпохи Реставрации. Во второй части монографии анализируются конституционные тенденции во внутренней и внешней политике России в период правления Екатерины II, Павла I и особенно Александра I, когда возникла реальная возможность реализации концепции конституционализма на самом высшем уровне. В заключение анализируются причины неопубликования российских конституционных проектов в 1-й четверти XIX в. В Приложениях публикуются тексты российских конституционных проектов, а также тексты конституций революционной Франции 1790-х гг. и конституций европейских государств эпохи Реставрации. Многие вопросы рассматриваются впервые в отечественной историографии.Для всех интересующихся отечественной и всеобщей историей Нового времени.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Виталий Юрьевич Захаров

Государство и право
Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII – 1-й четверти XIX вв. Опыт сравнительно-исторического анализа. Часть 1
Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII – 1-й четверти XIX вв. Опыт сравнительно-исторического анализа. Часть 1

Монография посвящена сравнительному анализу российского и зарубежного конституционализма, а также основных направлений эволюции европейского и российского абсолютизма во 2-й половине XVIII – 1-й четверти XIX вв. В первой части монографии даётся характеристика конституционализма как течения общественной мысли, рассматривается его соотношение с идеологией Просвещения, либерализмом и масонством. При этом конституционализм рассматривается как один из вариантов модернизации традиционных абсолютных монархий наряду с «просвещённым абсолютизмом», «просвещённым деспотизмом» и революционным вариантом. В связи с этим проводится сравнительный текстологический анализ конституций революционной Франции и конституций ряда европейских государств эпохи Реставрации. Во второй части монографии анализируются конституционные тенденции во внутренней и внешней политике России в период правления Екатерины II, Павла I и особенно Александра I, когда возникла реальная возможность реализации концепции конституционализма на самом высшем уровне. В заключение анализируются причины неопубликования российских конституционных проектов в 1-й четверти XIX в. В Приложениях публикуются тексты российских конституционных проектов, а также тексты конституций революционной Франции 1790-х гг. и конституций европейских государств эпохи Реставрации. Многие вопросы рассматриваются впервые в отечественной историографии.Для всех интересующихся отечественной и всеобщей историей Нового времени.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Виталий Юрьевич Захаров

Государство и право