Осторожно! Муж — волшебник, или Любовь без правил

Да, тогда бы мы еще долго ломали голову, что делать. Меня переполняла радость, и хотелось танцевать.

— А неплохо придумано, — усмехнулась я, посмотрев на аттана. — Король уезжал, вдевая фаворитке гребень, возвращался на крыльях любви и вытаскивал его.

Мужчина глянул на гребень, который держал в руке, а потом окинул меня задумчивым взглядом.

— Но-но, даже не думай! — тут же воскликнула я. — Для этого нужно любить. Желаешь последнюю наяриту в статую превратить? — напомнила я о своей уникальности, а то мало ли.

— Иногда я об этом просто мечтаю, — проворчал мужчина. Подумаешь, какие мы нежные.

— Мечтать не вредно. Вот сдадите меня на руки мужу и можете забыть о моем существовании.

— Так кто твой муж? Теперь-то ты можешь об этом сказать.

— Волшебник, — усмехнулась я, озвучив расхожую у нас фразу. Воодушевление схлынуло, оставив после себя лишь грусть. Кто ж знал, что это окажется правдой.

Глава 16

Оживление королевы наделало переполоха во дворце. Был объявлен народный праздник. В городе люди ликовали и пили за здравие королевской семьи. Толпа собралась у дворца, желая видеть правящую чету. Всем было не до меня, и я с чистой совестью отсыпалась после ночи, проведенной в неудобном положении. Моя кровать в единоличном моем пользовании показалась мне раем, и после ванны я завалилась у себя спать.

Лишь поздним вечером мы собрались вчетвером в кабинете Ясарата. Я королеве еще не была представлена и сделала реверанс.

— Я понимаю, что именно вас мне стоит благодарить за спасение? — обратилась она ко мне.

— А также Его Величество, чья любовь не угасла за столько лет, — скромно добавила я.

— Мне никто толком не объяснил, почему именно у вас получилось вытащить гребень.

Я посмотрела на короля, а он развел руками:

— Ты сама запретила нам упоминать о том, кто ты есть.

При таком вольном ко мне обращении взгляд Ее Величества похолодел на несколько градусов.

— Если будет принесена магическая клятва о неразглашении, я сама все объясню.

— Мне не нравится, что я не понимаю, что здесь творится. Прошли годы, Ридгарн покалечен и обзавелся таинственной Тенью, о которой вы не желаете говорить.

— Мирэль, дай клятву и все узнаешь, — сжал ее руку супруг.

С недовольным лицом Ее Величество поклялась, что все, сказанное в этих стенах, в них и останется. Лишь после этих слов я заговорила:

— Меня нашли торговцы недалеко от разлома. Я была больна, и они продали меня управляющему аттана Корнуилса. Сначала я была рабыней, пока приехавшему в поместье хозяину дома не пришло в голову сделать меня Тенью.

— Зачем? — посмотрела на Ридгарна королева. — Довольно странное решение — делать девушку Тенью.

За аттана ответила я:

— Потому что я наярита, и он счел это удачной идеей, чтобы привязать меня. Наличие у меня мужа и ребенка он посчитал незначительной помехой.

— Тенью нельзя сделать без согласия! — ринулась на защиту Первого советника Ее Величество.

— Зачем согласие, когда можно сказать, что снимаешь рабский ошейник, и наивная дурочка позволит провести над собой любой ритуал, — невесело усмехнулась я. С непроницаемым лицом аттан выдержал потрясенный взгляд королевы.

— Ты нам так и не объяснила, каким образом оказалась возле разлома, — заговорил Ясарат, уводя разговор от неудобной темы.

— Мы с мужем и ребенком перемещались порталом. Что-то пошло не так, и меня выбросило там.

— Это невозможно при стационарных порталах.

— Он не был стационарным, — кратко ответила я.

— Хочешь сказать, что он сам его открыл? — спросил аттан, переглянувшись с королем.

— Да. Нам угрожала опасность, и мы ушли от нее порталом.

— Куда вы перемещались?

— Я не знаю.

— Откуда?

— Не важно.

— Это не разговор! — раздраженно заметил Ясарат.

— Большего я сказать не могу. Дело в том, что я не знала, что мой муж на это способен, — через силу произнесла я.

— Ладно, как его имя? Откуда вы? — продолжился допрос.

При этих вопросах я поморщилась, но пришлось отвечать как можно более обтекаемо:

— Мы жили в другом месте, где не слышали ни о разломе, ни о ваших королевствах. Имя мужа Владслав. Нашего сына мы назвали в честь его отца Филиппом. Титул… Я не знаю, у нас они не важны, и он не называл его.

— Тебе не кажется, что ты практически ничего не знаешь о муже? — холодно поинтересовался аттан.

— Не вам бросать в меня камни. Вы же тоже многого не знали о своей невесте, на которой чуть не женились.

— Пусть так, но откуда ты знаешь наш язык?

— Я его не знала, пока не очутилась в ваших землях. Со мной заговорили, и я все поняла, память выдает знания, о которых я раньше понятия не имела, — призналась я. Рассказывать об этом было трудно. — Варлея, знахарка, которая меня лечила, учила меня читать. Она говорила, что слишком быстро у меня все получается, как будто я вспоминаю забытое.

— Напиши что-нибудь на своем языке, — предложил король и достал лист бумаги.

Я подошла к столу и наобум написала: «Сегодня прекрасная погода, а вчера был дождь». Эту же фразу нарисовала печатными буквами. Судя по лицам присутствующих, узнавания не было.

— Могу алфавит написать, — без надежды предложила я.

Ясарат кивнул, и я вывела заглавные и строчные буквы.