Острая стратегическая недостаточность

Закон о самоуправлении перечисляет вопросы, входящие в ведение Аландов, с одной стороны, и государства, – с другой. Местные власти решают, в частности, вопросы муниципального налогообложения, строительства и планирования, охраны природы и окружающей среды. Государство оставляет за собой законодательную власть, в частности, в вопросах внешних сношений и внешней торговли, закона о семье и наследстве, общего уголовного права. Государство пользуется законодательной властью в других вопросах, относящихся к его законодательной компетенции.

Официальный язык государственных органов власти и муниципалитетов на Аландах – шведский. Гражданин Финляндии может, однако, применять финский в суде и с государственными служащими в деле, касающемся его лично. Язык обучения в общественных школах – шведский, но муниципалитеты вправе организовать обучение финскому языку. Аландские органы власти вправе общаться на шведском с любым административным органом Финляндии.

ШПИЦБЕРГЕН

Этот северный (простирается за 80° северной широты) архипелаг издавна служил опорной базой рыбаков – в том числе и российских поморов, знавших его под именем Грумант. Сейчас он признан примером совместного хозяйствования под одной юрисдикцией. Правда, в последнее время он становится ещё и примером безударного вытеснения неудобного соседа.

ОГРАНИЧЕННЫЙ СУВЕРЕНИТЕТ

Базовый договор, регулирующий правовой режим Шпицбергена, подписали 9-го февраля 1920-го года Великобритания, Дания, Италия, Нидерланды, Норвегия, Франция, Швеция, Япония. Позднее к нему присоединилась Россия.

Договор признаёт полный и абсолютный суверенитет Норвегии над Шпицбергеном. Но остальные страны вправе вести на суше архипелага хозяйственную деятельность и ловить рыбу в его территориальных водах. Этой экономической возможностью и ограничен политический суверенитет.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИКА

Чтобы обозначить своё присутствие на Шпицбергене, СССР пошёл в своё время на редкий по советским канонам шаг. Земля, купленная за 2,5 млн. голландских гульденов у голландской Nederlandske Spitsbergen Kompani N. V., отошла в собственность не государству в целом, а государственному тресту «Арктикуголь». Он представляет интересы России на архипелаге и сейчас.

Из трёх российских шахт на Шпицбергене работает сейчас только одна – «Баренцбург». Работы на шахте «Грумант» остановлены в 1961-м. Шахта «Пирамида» законсервирована в конце 1998-го.

В российском секторе создана обширная инфраструктура с хозяйственными постройками, административными зданиями, жилыми домам, где проживает около тысячи человек. Содержание всего этого хозяйства – да и сама работа шахт – стоит недёшево. Угледобыча на Шпицбергене давно убыточна. Есть сведения, что только в 2000-м году федеральный бюджет выделил на содержание Баренцбурга $5 млн.

На единственной работающей шахте сейчас добывают 350 тыс. тонн угля в год. Такими темпами можно исчерпать её запасы в ближайшие годы. Уже давно очевидна потребность расконсервировать «Грумант». Но федеральный бюджет выделяет на закупку и завоз нового оборудования в десятки раз меньше, чем необходимо.

Отсутствуют у правительства и средства на доразведку других полезных ископаемых в российском секторе. Поэтому перспектива добычи нефти и газа остаётся пока теоретической.

НАСТУПАТЕЛЬНАЯ ЭКОЗАЩИТА

Фактические ограничения суверенитета оставляют Норвегии серьёзную возможность влиять на активность партнёров. Она может защищать экологию архипелага. И успешно заменяет этой возможностью все недостающие права.

В 2001-м норвежский парламент – стортинг – принял закон «Об охране окружающей среды на Шпицбергене». Закон вступил в силу летом 2002-го. Уже сейчас природоохранные зоны – два заповедника, пятнадцать птичьих заповедников, три национальных парка, три района сохранения растительности – занимают половину территории архипелага. На основе нового закона правительство Норвегии рассчитывает в одностороннем порядке значительно расширить природоохранную зону, включить в неё острова Медвежий, Рейндален и другие. По удивительному «совпадению» природоохранная деятельность распространяется именно на перспективные месторождения угля в российском секторе Шпицбергена.

Новый закон не только вводит несколько экологических налогов и сборов, не только жёстко ограничивает загрязнение окружающей среды, но и разрешает вести всю хозяйственную деятельность только с позволения губернатора архипелага и на указанных им территориях. Этот подданный Норвегии может отклонить любой строительный проект и закрыть любой район для транспорта.

Россия уже вынуждена отказаться от строительства дороги между Баренцбургом и Коулз-Бэем. Администрация Шпицбергена недовольна и планом прокладки российской высоковольтной ЛЭП. Похоже, в ближайшем будущем развивать инфраструктуру российских поселений на архипелаге – в отличие от норвежских – станет вовсе невозможно. Формально соблюдая парижский договор, Норвегия эффективно вытесняет основного конкурента.

РЫБА В МУТНОЙ ВОДЕ